Скажи мне нет

Тонкий рыжий хвост колышется от вентилятора, а мое сердце колышется в непонятной тревоге и тоске.

Что будет с ней, когда вырастет?

Я волнуюсь, думая о будущем. Это вроде моей фобии. Просто она так похожа на меня, а у меня был очень жесткий период переходного возраста. И когда я говорю жесткий, я не шучу. Я была неуправляемая и невыносимая. Удивляюсь тому, что моя мама просто не придушила меня во сне подушкой.

А Тыковка... она даже вилку держит так, как я. И это помимо того, что моя кроха - моя, блин, ксерокопия! Особенно с этой чёлкой, которую затребовала себе тоже, после того, как увидела такую у меня.

Отодвигает еле тронутые макароны, запивая их молоком.

- Я хочу с тобой, - заявляет, поставив стакан на стол и посмотрев на меня. - В Москву.

Я тоже этого хочу. Больше всего на свете я хочу, чтобы она была со мной!

Затолкав ее вещички в стиральную машинку, подхожу и салфеткой убираю молочные усы с усыпанного конапушками лица.

- Мы же об этом говорили, - напоминаю, заглядывая в чистейшие голубые глаза.

Я рада, что времена изменились. Когда я была в ее возрасте, меня очень жестко тролили за цвет волос и веснушки.

Опустив глаза, хмурится и дуется, выпячивая губы. У меня сердце плавится.

Это вообще невыносимо.

У меня поезд через три часа, и как мне уехать? Когда я сделала это в первый раз, три дня не могла нормально спать. Одна в чужой съемной квартире. Я скучала по ней, как ненормальная.

- Приеду в субботу и пойдём в кино, - обещаю ей.

Это слегка рассеивает тучи, потому что следующее, что я слышу:

- Я хочу собачку.

- Собачку? - удивляюсь я.

Это ещё откуда взялось?

- У тебя же есть хомячок.

Альтернатива настолько смешная, что она даже не комментирует.

- Давай возьмём собачку, - упрямится. - У Вари есть. Я тоже хочу, мамочка...

- Только собачек нам не хватало, - ворчит наша бабушка, заходя на кухню с двумя пакетами из супермаркета. - Собачка - это дорогое удовольствие, Тоня. Никаких собак.

На ней ярко-красный объёмный сарафан, на ногах не менее красный педикюр. От такой цветовой атаки слегка слепит глаза. Прошлым летом в её гардеробе преобладали более сдержанные тона.

Забираю пакеты, решив сгладить углы.

- Может, как-нибудь потом… - говорю Тыковке, в надежде на то, что “как-нибудь потом” она забудет о собаке и захочет что-то менее проблемное.

- Да, как-нибудь потом, когда ты выйдешь замуж, и у тебя будет свой дом, - деловым тоном замечает мама, будто это мне нужна та чертова собака.

- Я думала, у меня есть свой дом, - говорю ей, начиная выкладывать на стол продукты.

- Как у вас с Марком? - меняет она тему, ополаскивая под краном руки и запуская стиральную машинку. - Не забудь развесить, - кивает на барабан.

- Не забуду.

Можно подумать, когда-то забывала.