Шлейф сандала

Но и ты не вздумай моей добротой воспользоваться, - я предупреждающе посмотрела на него. – Что скажешь?

- С тобой я! – дядюшка прижал руки к груди. – Разве я враг сам себе?

Действительно. Вряд ли ему снова под замок хотелось.

Минодора явилась и этим утром. Я начала замечать, что в ее глазах появилось некое упрямство, словно она наточила свой томагавк и встала на тропу войны.

- Как дела дома? – поинтересовалась я, когда мы переодевались.

- Все так же, – Минодора нервно швырнула платье на спинку стула. – Матушка не слышит меня. Она опять взялась меня сватать. Сегодня к нам на ужин должен прийти купец Колодников с сыном и супругой.

- Может, этот сын неплохой парень, - предположила я. – И вы понравитесь друг другу. Всякое бывает.

- Да знаю я его! – фыркнула девушка. – Он в три раза толще меня, еще и животом мается! Нет уж, спасибо! Мне таких женихов не надобно! Я вот схудаю, стану красавицей, а он подле своим салом трясти будет? Маменька его жаловалась, что ему ни изюму, ни капусты нельзя, иначе всё, дом неделю проветрить не могут! А он все одно жрёт…

- И что ты делать будешь? – мне было искренне жаль ее.

- Я матушке сказала, что не выйду к ужину, и никто меня не заставит, - твердо сказала Минодора.

- Боишься?"

"- Нет. Ежели я решила, с пути не сверну. Даже батюшка мне теперь не указ, - она произнесла это так, что я поверила. – Надоело мне.

Конечно, такая твердость была похвальной, но вот я немного сомневалась в том, что если купец захочет приструнить дочь, то у него это не получится. Минодора полностью зависима от отца.

Несмотря на все это, мы отлично позанимались. Купеческая дочь с маниакальным упорством делала все, что я ей говорила. Ни капризов, ни стенаний, ни знаменитого «не могу больше, давай немного передохнем».

Когда мы присели на траву, чтобы немного передохнуть, я спросила:

- Булки не ешь?

- Бог с тобой! – возмутилась Минодора. – Курочку отварную откушиваю, кашу без масла… Репу вчера ела… Свеклу опять же… Морс, правда, пью да квасок. Яйца еще жалую. Люблю их.

- Молодец! Больше овощей ешь, они очень способствуют красоте фигуры, - я не могла нарадоваться своей ученице.

Минодора сходила в душ, переоделась и перед тем как уйти, вдруг спросила:

- Ежели чего случится, можно к тебе перебраться?

- Конечно. Отсюда тебя никто не выгонит, - ответила я, и она благодарно улыбнулась, а потом обняла меня.

- Благодарствую, Елена Федоровна, голубушка.

Минодора ушла, а у меня на душе было неспокойно. Если в семье Жлобиных произойдет скандал, и девушка сбежит ко мне, легко точно не будет. Я буду виновата во всех грехах.