1
0
В магазине все шло, как надо. Сегодня посетителей было не так уж много. Банди сидел у выхода, а Снап занимал позицию у двери в подвал. Наши псы в свое время прошли «курс молодого бойца», они знают основные команды и даже, если захотят, могут их выполнить. Но чаще всего оба прикидываются глухими, когда я кричу: «Домой!»
Впрочем, иногда мне кажется, что наши собаки понимают человеческую речь. Услыхав глагол «купаться», Банди, обожающий воду, несется в ванную и запрыгивает в джакузи, Снап, ненавидящий все мокрое и мылкое, мигом испаряется в неизвестном направлении. Хорошо, скажете вы, многие псы знают несколько наиболее часто употребляемых слов, типа «гулять», «обедать», «домой»… Но на днях Маня, желавшая помыть Снапа и не хотевшая носиться по всем комнатам, тихо сказала мне:
– Пожалуй, сейчас примусь за омовение мальчиков.
Она специально не употребила слово «купание», но в тот же миг Банди, радостно лая, понесся в ванную, а Снап исчез на втором этаже. Как объяснить таинственное появление Хучика в моей спальне после того, как я, сообщив вслух: «Пойду, лягу в кровать с коробочкой конфет», – пошла наверх.
Я не успела приоткрыть дверь, а мопс уже сидел, облизываясь, на подушке. Почему, увидев у кого-нибудь в руках свою расческу, Черри мигом заползает под диван? Ну, предположим, понятно почему. Пуделиха терпеть не может, когда ее шерсть начинают приводить в порядок. Но она улепетывает только тогда, когда видит свою расческу, все остальные парикмахерские приспособления ее совершенно не пугают. А две недели назад Аркадий заявил:
– Мы поедем в гости к Тельковским, всех возьмем, а Жюли оставим дома, еще простудится, мороз на дворе.
Но когда сын подошел к машине, на заднем сиденье он обнаружил улыбающуюся йоркширскую терьериху. Для меня осталось загадкой, как полукилограммовая собачка ухитрилась открыть дверь джипа и как она вообще сообразила, в которую из четырех стоящих в гараже машин следует запрыгнуть?
Вот и сегодня Банди со Снапом ревностно несли службу, словно опытные разыскные собаки, понимая, что они находятся не дома.
– Молодец, мальчик, – похвалила я Снапа и поднялась к себе в кабинет.
Не успела снять куртку и убрать ее в шкаф, как дверь распахнулась и влетела Аллочка.
– Слава богу, – прошептала она, – ты вернулась. Тут пожарная охрана по магазину ходит. – Потом громко прибавила: – Входите, входите, Андрей Николаевич.
В кабинет вступил сухопарый мужик с брезгливо сжатыми губами.
Аллочка метнулась в торговый зал.
– У вас, уважаемый директор, – зазудел инспектор, – расстояние между стеллажами…
– Простите, – я довольно бесцеремонно перебила его, – но у нас только что был проверяющий.
– Кто?
– Минуточку, сейчас скажу. Ага, Владимир Иванович Воробьев.
