Привидение в кроссовках

Ча­ще всего они подозревали, в чьих руках оказалась любимая статуэтка или табакерка, но ведь подозрения к делу не пришьешь, да и дел никаких не заводили. Сами подумайте, что вам скажут в уголовном розыске, увидав заявление о пропаже фарфоровой чашки? Скорей всего постараются втолковать, что она была разбита кем-нибудь из внуков, боящихся признаться в содеянном.

Довольно долгое время Алексей разбойничал в свое удовольствие и взлетел к пику финансового благополучия. Близким и дальним знакомым, удивляющимся, откуда еще совсем недав­но нищие брат с сестрой взяли деньги на ремонт и машину, Колпаковы спокойно объясняли:

– Двоюрод­ная тетя наследство оставила, дом и кучу денег.

Но потом случилась неприятность. Сначала мелкая. Лешка выкрал у одного дедульки, настоящего божьего одуванчика, музыкальную шкатулку, но ко­гда клиент увидел ларец, он да­же сплюнул от злости. Лешик спер не то. Оказывается, у одуванчика этих играющих шкатулок имелось несколько. Пришлось поступиться сво­ими принципами и полезть в апартаменты еще раз. Вроде все сошло благополучно, но на следующий день в квартиру к Колпакову ворвалась целая куча парней в вязаных шапочках-шлемах и измолотила Лешку почти до беспамятства. Потом его облили ледяной водой, привязали к стулу и сурово спросили:

– Зачем у папы крысятничал?

– У кого? – растерялся Лешка. – У какого папы? Если вы про шкатулку, то да, было де­ло, бес попутал. Стащил у дедульки игрушку, очень понравилась, могу назад отдать.

– Ты еще дурее, чем кажешься, – хмыкнул один из бандитов, – полез в хату и не знаешь, кто там живет?

– Никодим Ефимович Белкин, – растерянно ответил Леха, – бывший военный, полковник, кажется.

– Это точ­но, – заржал бандюга и для порядка треснул парня еще разок по зубам, – кликуха у него Полковник, авторитетный дядька, смотрящий наш. Сообразил, кого ощипал, селедка вонючая?

Леша похолодел. Хуже ситуацию трудно себе представить, он стащил шкатулку у криминального авторитета, человека, поставленного сходкой следить за порядком в районе. Алеша не сомневался, что теперь его убьют. Но бандит, еще раз отвесив Лехе оплеуху, весьма мирно сказал:

– Полковник у нас жалостливый, я бы тебе ноги повыдергал и в макушку вставил. Но папа просил без крови. Значитца, так! Игрушечки верни, да штраф с тебя, двадцать ты­сяч долларов. Завтра и отдашь.

Лешка попытался объяснить, что дурацкие ящички с музыкой проданы, а денег в наличии нет, но в ответ получил пару зуботычин и заявление:

– Где хочешь бери, нас это не колышет, коли завтра не отдашь, пеняй на себя!

Алешка кинулся к клиенту, прося шкатулочку назад, но коллекционер только развел руками. Од­на на месте, а вторую, ненужную, он отнес в салон, к Наде.