1
0
Взлохмаченный Хаджар стоял в рассеченных и окровавленных одеждах, лишь отдаленно напоминавших прекрасные доспехи. Его дрожащие руки едва удерживали буквально вибрирующий клинок. Кровь едва ли не ручьями стекала по всему его телу.
Перед ним стоял мертвый воин.
Он выглядел так же — как и прежде. Лишь небольшой надрез на поверхности его расколотого щита нарушал общую картину.
— Проклятье!"
"Шенси, обнажая клинки, молнией кинулся на выручку. Гай уже замахнулся секирой, намереваясь вонзить её в землю и использовать технику, кнут Иции взмыл в небо, стрела Густафа со свистом слетела с тетивы, а топоры Албадурта запылали горным пламенем.
Мертвый воин даже не повернулся в их сторону. Он лишь отмахнулся от них мечом и зеленое сияние волной накрыло болото, а когда схлынуло, то все члены отряда лежали без сознания.
Хаджар все еще стоял на ногах. Возможно он и сам и не понимал почему и за счет чего, но все еще стоял.
Мертвый воин подошел к нему вплотную. Так близко, что если бы под капюшоном все еще имелось лицо, то Хаджар бы почувствовал его дыхание. И все же, он ощущал, как что-то смотрит в его глаза. Ищет в них какой-то лишь самому себе ведомый смысл и суть.
Хаджар попытался поднять меч.
Он знал, что у него не получится одолеть мертвого воина. Даже если бы он обладал той силой, которой распоряжался когда бился со стариком Бореем — все равно бы не одолел. И, все же, это не означало, что битва закончена.
Мертвый воин взмахнул мечом.
Хаджар на мгновение затаил дыхание. Он ожидал чего угодно — вспышки боли, света в конце тоннеля, дома праотцов. Чего угодно, но…
Он никак не мог предвидеть, что мертвый воин укажет мечом куда-то на северо-восток, после чего, кивнув головой, развернется и отправится в противоположном направлении.
— Пос…той! — сквозь боль и подступающий полумрак окликнул его Хаджар. — наша битва… еще не оконч…
Но мертвый воин не слушал его хрипов. Он лишь продолжил путь во мглу. Он все еще ждал того, кто в славной битве подарит ему столь долгожданную смерть.
Только когда зеленое свечение окончательно растворилось где-то во мгле, Хаджар позволил себе упасть на землю. Из его ран текла кровь. Энергетическое тело не было задето, но с опустошенным источником он не мог ускорить процесс заживления. А естественной регенерации мешали зеленые искры.
— Проклятье, — выругался Хаджар.
Так, обездвиженный, он лежал и смотрел на то, как медленно затягивались тучи на небе, закрывая под своим покровом холодную вселенную.
Сколько бы он не истоптал дорог.
Сколько бы битв не оставил позади.
Сколько бы…
Проклятье.
Он все еще находился лишь в самом начале пути и…
— Ты, наверное, самый отважный и, одновременно с этим, самый тупоголовый смертный, которого я когда-либо знала.
