1
0
— Густаф, я не шучу, — Шенси выдвинул кинжалы. — следующий, кто решит поглумиться над моим мастерством рассказчика, будет делать это дополнительным ртом на своей глотке.
Лучник вновь поднял ладони, а в отряде стихли. Обстановка и без того была гнетущая и их попытка подбодрить самих себя несерьезной перебранок в действительности зашла слишком далеко.
— Когда-то этот край действительно цвел, — Абрахам вернул кинжалы обратно в ножны. — Здесь поднимались прекрасные сады на холмах. Феи, еще до того, как стать слугами богов, строили здесь свои города. Столь маленькие, что они умещались внутри совиного гнезда, но при этом прекраснее лучших дворцов Радужных Эльфов.
Радужные Эльфы… раса, исчезнувшая так давно, что о ней остались лишь мифы и легенды, дошедшие лишь до таких мест, как Чужие Земли и их приграничья. Остальные народы забыли о них и вовсе.
— Это были края гармонии. Где люди находили себя в искусствах, где иные расы жили в угоду свои путям. Здесь все, от веточки придорожного куста, до речного камня пропиталось терной.
— Терна?
— Что я сказал по поводу…
— Нет, я серьезно! Что такое терна?
Шенси задумался.
— Если честно, — через некоторое время ответил он. — я и сам понятия не имею. Мы тогда были не очень трезвы и я не подумал уточнить у цветочника, что это такое.
Простой цветочник, знающий о Терне? Даже если бы Хаджар сейчас был бы нетрезв настолько же, насколько в тот день Абрахам, то все равно заметил бы в этом слишком невероятное стечение обстоятельств.
— И в этот край пришел Горшечник. Он слышал, что у Радужных Эльфов есть некое зелье, способное управлять душой. И что если принять его, то разбитая душа станет единой, а целая душа — разбитой. Да, вы правильно меня поняли, Горшечник пришел в этот край, чтобы разбить свою душу.
Шенси замолчал.
Молчали и остальные.
Пауза затянулась.
— Тут вы должна спросить, — прошипел Абрахам. Нет, все же рассказчик из него был не самый лучший. — зачем ему это понадобилось.
— Ой, прости, — спохватилась Иция. — так зачем, говоришь, Горшечнику понадобилось разбивать свою душу?
— Хороший вопрос, Иция, — менторским тоном произнес Шенси. — он хотел, чтобы каждый осколок его души отправился в свое собственное путешествие. Так, по дорогам, которым он шел раньше один, смогло бы идти десять, двадцать, тридцать Горшечников. Так бы он смог, возможно, отыскать то, что так жаждала его душа.
Хаджар мысленно отправился в путешествие по уголкам собственной памяти. Он вспомнил Школу Святого Неба и то злосчастное озеро, где он повстречал осколок души Горшечника. Видимо эльфы, все же, согласились поделиться своим эликсиром.
— Увы, князь Радужных Эльфов отказал ремесленнику в его просьбе.
