1
0
— Иногда меня поражает твоя способность извлекать мудрость из каждого оброненного слова.
Ляо Фень поклонился. Не ниже, чем требовалось. Но и не выше. Ровно так, как положено и как заслуживал того Император.
— Но чаще, — продолжила пустота. — она меня утомляет.
— Мудрость как горб, мой Император, — ответил мудрец. — она делает несущего для остальных неприятным. Она тяжела. Нести её неудобно. И каждый раз хочется сбросить.
— Так почему ты этого не сделаешь, Ляо Фень? Только не говори, что это делает тебя — тобой. Ты бы нашел себе любое другое занятие по душе. Может, наконец, построил бы себе дворец, а не тот дом на отшибе, куда и зайти стыдно.
Ляо Фень ответил не сразу. Он размышлял какое-то время над услышанным.
— Возможно, — наконец произнес он задумчиво. — я не достаточно мудр для этого, мой Император. И потому продолжаю нести свой горб так, будто он мне не вредит, а помогает. Хотя это и не так.
Император засмеялся. Так громко, что в облаках начали сверкать молнии.
И столь же резко он замолк и, как показалось, положил ладонь на крышку ларца.
— Ты ведь за этим пришел, да?
Мудрец не ответил.
— Так почему тогда молчишь, мудрец? Разве ты не способен подобрать тысячи тысяч слов, что могли бы убедить меня не делать того, что я собираюсь.
— Может я смог бы подобрать и больше, мой Император, — склонился Ляо Фень. — но даже все они вместе не изменят вашего решения.
— Тогда почему ты здесь?
— Потому что никто, кроме вас самого не подберет нужных слов для вас, — ответил мудрец и повернулся к облакам. — я же пришел, чтобы напомнить вам о них.
— И ты напомнил, мудрец.
В то же мгновение ларец вспыхнул огнем из чистого золота, после чего прах, поднятый ветром, полетел куда-то вниз. А там, на Седьмом Небе, от ужаса и боли закричал бог, уже запрягавший свою боевую колесницу.
— Это начало, мудрец. Начало конца.
Пустота вновь осталась сидеть на краю миров одна. И лишь эхо слов исчезнувшего мудреца шептало."
"— Все, что обозримо, то не вечно, мой Император.
Из пустоты появилась рука.
Он все еще мог себя видеть.
Проклятый Мудрец…
Хаджар, окровавленный и израненный, качающийся, плохо понимающий, что происходит, стоял напротив целого и невредимого Черного Генерала.
Обломив чужой штандарт и привязав стягом древко к торсу, Хаджар укрепил его в горе из костяного песка и черепов.
— Ты не сдаешься, отважный воин?
— Не сегодня, — кровью сплюнул Безумный Генерал и повторил. — Не сегодня.
— Что ж, — замахнулся величайший мечник. — тогда закончим на этом.
И он ударил.
Глава 1462
Не успел Безымянный вернуться в дом, как с неба ударил золотой столп. На некогда цветущем поле появилась колесница, а в ней стоял разъяренный Бог Войны.
— Дергер?
— Как ты посмел, пес?! — взревел небожитель и замахнулся метательным копьем.
