– Чувак, да брось! Мы все знаем, что она вскружила тебе голову. А значит, это ты руководишь шоу под названием «Рэйвен». Нам остается только сидеть и смотреть.
– И что, на хрен, я должен был ей сказать? – Я вскидываю руки, а он качает головой.
– Что она ошибается, что она тебе нравится, что ей пора завязывать с этим дерьмом и признаться, что мы тоже ей нравимся.
– Даже не рассчитывай, что у нас получится вчетвером, брат, – пытаюсь угомонить я его, и он фыркает.
– Я не это имел в виду, и ты прекрасно это знаешь!
Я вздыхаю и провожу ладонями по лицу."
"– Блин, мужик.
– Черт подери, как она могла бы поверить во что-то, если даже не услышала этого?
– Мы так и будем сидеть тут и притворяться? Мы прекрасно понимаем, что она может нам помочь с долбаным Грейвеном, – чуть ли не выплевывает Кэптен. – Пусть нам стало нравиться, что она рядом, но это не значит, что в самом начале мы не преследовали никаких целей.
– Да, но…
– Для нее нет никаких «но». Мы сделали то, что она ожидала.
– Тогда что мы должны были сделать?
– Попросить ее о помощи, а не действовать втихаря.
– У нее не было причин сказать «да».
– Как и не было причин отказываться, – пожимает плечами Кэптен. – Она бы сделала это, ты и сам знаешь.
Черт бы меня побрал, если он не прав.
Ройс падает на диван.
– Иди и все исправь, Мэдмен.
Кивнув, я поднимаюсь на второй этаж, чтобы принять душ. То, что сказал Ройс минуту назад, было правдой: она вскружила мне голову.
Я тяну время, принимая душ, потом забираю свои шмотки из машины и убираю их. К тому моменту, когда я заканчиваю, в доме уже выключен свет, поэтому я спускаюсь по лестнице и отправляюсь по грунтовке к Брей-хаусу.
Стоит мне дойти до границы рощи, как в нос ударяет запах травы.
Я стискиваю зубы, зная, что, блин, найду, когда пройду мимо деревьев.
Он несет какую-то чушь, а она прикрывает рот рукой, чтобы заглушить свой хриплый смех. Мне так и хочется дать ему по шее.
Я же сказал этой дурехе, что случится, если я снова увижу ее с ним. Это были не какие-то долбаные шутки.
У тротуара останавливается машина, и они направляются к ней, но что-то заставляет ее оглянуться.









