Парни из старшей школы

Мое дыхание учащается, а опытный язык исследует меня, не отпуская и снова и снова атакуя клитор. Когда мои бедра сжимаются, губы смыкаются вокруг него, и по мне пробегает дрожь.

Мой поцелуй становится все более жадным, и из губ на моих губах вырывается рык.

Я уже почти готова, так чертовски близко к тому, чтобы оторваться от реальности. Задыхаясь, я пытаюсь отползти, но, когда оргазм уже вот-вот должен накрыть меня, на мое бедро ложится рука и медленно двигается вниз. Мое тело снова вздрагивает, желая финала. Наслаждение вновь окутывает меня, внутри снова начинает разгораться пламя.

Чьи-то пальцы снова и снова нежными движениями пробегают по моим ребрам, и я опять теряю голову, дрожа от удовольствия. Вскрик рвется из меня наружу, но еще одна рука накрывает мои губы и медленно сползает к шее. Моя голова запрокидывается, спина выгибается, а мужские руки уже под купальником, на моей груди. Пальцы сжимают отвердевшие соски.

– Че-е-ерт. – Мне кажется, это Ройс растягивает слово, как песню. – Она… молодец, черт подери.

– Она заставляет нас работать. – По-моему, это Кэптен.

– Я так и думал. – Мэддок.

Снова и снова наслаждение подводит меня к самому краю, отбрасывает назад и снова тянет обратно.

Но ощущения переполняют меня, удовольствие везде, они везде, поглощают каждый миллиметр моего тела и разума. Моя спина вновь выгибается, ноги крепко сжимают голову между моих ног, а зубы до крови прокусывают нижнюю губу целующего меня парня.

Оргазм накрывает меня мощной волной, одной за другой, и я изо всех сил стараюсь не нарушить тишину, хотя сейчас мне больше всего хочется, чтобы комната наполнилась моими стонами, хочется показать им, что они сделали со мной.

Для меня.

Потому что так оно и было – мальчики успокоили меня единственным известным им способом.

В следующие несколько минут комнату заполняют только звуки тяжелого дыхания.

Как раз в тот момент, когда мое тело успокаивается и я, придя в себя, снова понимаю, что нахожусь в темноте, раздаются два тихих стука в окно, а затем еще два.

Я вздрагиваю, но рука на бедре удерживает меня.

– Убираемся отсюда ко всем чертям, – хрипло говорит Мэддок, и по моему телу пробегают мурашки.

Мое бедро опять сжимает чья-то рука.

– Точно все чисто? – шепчет Ройс.

– Лео не стал бы подавать сигнал, если бы не был уверен.

Я поправляю купальник и берусь за пальцы протянутой мне ладони, позволяя вывести себя из комнаты.

Мы спускаемся по лестнице и выходим. Я вижу, что за руку меня держит Кэптен. Но он сразу же отпускает ее, когда мы подходим к двери. Вчетвером мы обходим дом, и я притворяюсь, что не замечаю, как Ройс прячет в своих купальных шортах какую-то бумагу.

Заметив меня, Лео округляет глаза и бормочет себе под нос: «Вот дерьмо!»

– Именно, придурок.