15
0А может, на самом деле она рептилия и ей вовсе это не требуется? Честно говоря, звучит весьма правдоподобно.
– Я помогу тебе искоренить торговлю людьми, – заявляет Клэр.
Мы с Зейдом храним молчание, переваривая ее предложение, так что она продолжает:
– Несмотря на то что работорговля приносит огромную прибыль, есть кое-что, чего я хочу больше.
– И что же это? – спрашивает Зейд, негромко и глухо.
– Абсолютный контроль над человеческой популяцией, конечно же. Сейчас люди слишком хорошо осознают свою никчемность. Я хочу получить полную власть – мы оба должны иметь полную власть.
Я сдвигаю брови, на моем лице появляется злобное выражение.
– Для чего? – спрашивает он. – Что именно ты собираешься делать с этой властью?
– Начать новую эру, конечно. Мы сможем делать все, что захотим. Мы можем сделать их жизнь полезной, дать им настоящую цель.
– И что же это будет за цель? – вклиниваюсь я. – Стать безвольными роботами, которые будут служить тебе?
– Все страдания прекратились бы, – бросает она, переводя взгляд своих ослепительно-зеленых глаз на меня. И в них действительно нет души.
Я качаю головой.
– Ты пытаешься выставить все так, будто лишение людей свободы воли – это добродетель.
– Так и есть, – возражает она.
Я недоуменно моргаю, совершенно обескураженная.
– Мы попали в какое-то кино? Не верю, чтобы ты говорила это серьезно. – Повернувшись к Зейду, я обнаруживаю, что он смотрит на Клэр, рассеянно потирая пальцы, а в его голове происходит бурный мыслительный процесс.
Он поднимает бровь.
– Да похоже, что серьезно.
Больше всего на свете мне хотелось бы понять, о чем он сейчас думает. Ведь такое можно встретить только в кинолентах или книгах. Какое-то дерьмо про новый мировой порядок, которое кажется настолько далеким от реальности, что люди превратили его в сказки для развлечения. Я и сама буквально писала такие книги.
– Ты хочешь поменять одну форму рабства на другую, – произносит он наконец.
– Я меняю человеческие страдания на новый, лучший мир, – возражает она. – Технология, которую ты можешь создать, продвинет нас в совершенно новую эпоху.
Клэр переводит свой взор на меня, и я понимаю, что она точно чертова рептилия. Гребаная змея.
– Никто больше никогда не будет страдать от того, что пришлось пережить тебе. Больше не будет детей, принесенных в жертву. Не будет проданных женщин. Я все это ликвидирую.
– Что мешает тебе сделать это сейчас? – спрашиваю я.
