Охотясь на Аделин

Он так и не простил себя, и хотя с тех пор я его не видела, я знаю, что он сделал все, что от него требовалось, чтобы я больше не пострадала.

– А это так? – спрашиваю я. – Они делали тебе больно после этого?

Она качает головой, но в ее глазах клубится тьма.

– Лилиан была не слишком милой, но она больше не причиняла мне вреда.

Что-то подсказывает мне, что даже если она не обижала Катерину, то другие девушки наверняка обижали.

Она была заперта в том доме по меньшей мере пять лет, и я могу только представить, какие ужасы она пережила.

– Катерина, могу я спросить, почему им так нужен был Рио? Раз они использовали в качестве залога тебя.

"

"Я задавалась этим вопросом с тех самых пор, как Рио рассказал мне о ней. Почему они зашли так далеко, что держали занесенный топор над головой его сестры только для того, чтобы он работал на них? Они без труда могли бы найти множество других парней, готовых выполнять их поручения за соответствующую сумму.

Она сглатывает.

– Думаю… думаю, он был любимчиком Франчески.

Я недоуменно хмурюсь, не совсем понимая, к чему она клонит.

– Любимчиком – в смысле охранником или…

Она качает головой, ее губы поджимаются.

– Я слышала, как Лилиан говорила о них много неприятных вещей. О том, как Франческе нравится, как Рио… ухаживает за ней.

Открываю рот, и меня внезапно осеняет.

– О!

Затем мои глаза распахиваются, и на меня обрушивается еще одно осознание.

– О!

Франческа трахалась с Рио. Но почему-то у меня есть чувство, что это было не взаимно. Получается, она насиловала его, независимо от того, подчинялся ли он, и похоже, была очень привязана к нему.

Мой взгляд перемещается на Зейда, на его лице напряженное выражение.

В меня проникает непреодолимая грусть, еще больше запутывая мои чувства к Рио. В каком-то смысле он стал моим другом, пока я была заперта в том доме. Более двух месяцев меня заставляли делать что-то против моей воли, а я и не подозревала, что Франческа приказывает ему делать то же самое.

Какая-то часть меня все еще цепляется за ненависть к нему, но она слабеет.

Он похитил меня. Безжалостно скормил волкам и стоял в стороне, пока безликие люди неоднократно ломали меня. И все же потом он собрал мои осколки.

Собрал их своими руками и отнес в мою комнату, где скрупулезно собрал их воедино – как бы это ни было странно.

Я хочу ненавидеть его. Но не знаю, ненавижу ли.

– Спасибо, что рассказала мне об этом, – мягко благодарю я.

Ее нижняя губа дрожит.

– Знаю, я потеряла глаз, но думаю, Рио потерял гораздо больше, чем я. Надеюсь, что с ним все в порядке и он в безопасности, где бы он сейчас ни был.

Смахиваю свежие слезы и киваю ей.

– Да, я тоже.

Мы отпускаем Катерину в сад, и я обещаю навестить ее еще разок.