Охотясь на Аделин

И если люди узнают о нас, это будет стоить тысяч жизней, которые мы не спасем. Ты не хуже меня знаешь, что паразиты, торгующие людьми, плодятся как кролики. Если избавиться от нескольких, то это даже не уменьшит численность всех больных ублюдков. Мы спасаем больше жизней, сотрудничая с ними, но это не значит, что на наших руках совсем нет крови.

Я киваю.

– Справедливо, – соглашаюсь я. – Хорошо, что в вашем распоряжении теперь есть глобальная организация. Может быть, следующую расписку ЯВД не станете выбрасывать? Можете даже продать ее на eBay – это очень ценная вещь.

Слейд поджимает губы и отводит взгляд.

– Пошел на хрен, умник.

Глава 17. Алмаз

Если бы не ошейник, обхватывающий мое горло, я бы задумалась о том, чтобы стащить перочинный нож у одного из гостей и выскользнуть через черный ход, растворившись в ночи. Я бы вырезала устройство слежения из своей шеи и удрала, нисколько не заботясь о том, что на мне нет ничего, что могло бы защитить от непогоды. Лучше умереть в одиночестве посреди леса, чем от лап секс-торговцев.

И Франческа знает это. Она знает, что все мы пойдем на такой риск.

Именно поэтому на каждой из нас сейчас красуется черный металлический ошейник с рубиновыми кулонами. Она наглядно продемонстрировала нам еще один способ контроля, от которого без ключа не избавиться.

Дом погружен в атмосферу развлечений и гламура. В нем сейчас толпа мужчин, одетых по высшему разряду, с ледяных запястий которых утекают сотни тысяч долларов. И огромное количество возможностей незаметно ускользнуть от посторонних глаз.

Я никогда не понимала, почему самые больные представители человечества всегда стремятся выглядеть самыми красивыми.

Ведь можно и змею обсыпать блестками, но тварь все равно укусит.

– Ты прекрасно выглядишь, – шепчет мне на ухо глубокий голос.

Я вздрагиваю и, обернувшись, вижу Ксавьера с дьявольской ухмылкой на лице.

Франческа велела нам общаться с мужчинами, поэтому я расположилась в гостиной. Даже после нашей тщательной уборки в доме витает запах безысходности. Слишком много ужаса въелось в эти щели, и уже никакое чистящее средство не возьмет его.

Я заставляю себя улыбнуться, отступаю от него на шаг и опускаю подбородок.

По всему телу разливается тепло, но совсем не то, которое приятно. Это больше похоже на расстройство желудка, а ты застрял в машине – холодный пот и тошнота.

– Спасибо, – говорю я, понижая голос.

Его взгляд напряжен, он медленно и не торопясь разглядывает меня. Естественно, первое, чего мне хочется, – это ударить его по яйцам и сбежать. Но я стою и терплю. С прямой спиной, отказываясь изогнуться так, как ему хотелось бы. Единственное неповиновение, которое я могу себе позволить.