Охотник

Это убийство больше что-либо иное придало им сил в их кампании по переманиванию на свою сторону общественности по принятию массового ограничения гражданских свобод, которое было основной идеей законопроекта Горовица. Он был совершенно уверен, что, если бы застрелил одного – двух самых видных лидеров Народного комитета или взорвал их штаб, средства массовой информации сумели бы превратить это событие в еще один довод в пользу принятия законопроекта Горовица.

Оскар признал, что он – не стратег. Частично причиной этому было слишком большое число переменных, влияющих на принятие им своих решений. Он просто не имел времени или источников информации, необходимых для изучения каждой ситуации и предсказания вероятного исхода своего конкретного действия. Для этого Оскару был нужен генеральный штаб. Ему также требовался руководящий принцип, программа, ясно определенная цель, так, чтобы его индивидуальные действия усиливали друг друга. А потому он действовал на основе инстинкта, нюха, внутреннего побуждения или как это ещё можно назвать.

Да, с этим дело обстояло очень плохо! В данное время он просто должен был руководствоваться своей совестью и, как говорили летчики, лететь, чуя задницей. Разум подсказывал Оскару, что его усилия были бы полезнее, пойди он против покровителей расового смешения, а не его непосредственных участников. У него было такое хорошее ощущение после убийства Горовица, что теперь он действительно очень хотел уничтожить какого-нибудь сенатора, епископа или ректора университета. Это совпадало с общим умозаключением Оскара, что он должен продолжать наращивать конфликт и оставить работу более низкого уровня своим подражателям.

А они в последнее время делали эту работу довольно плохо. Их активность, похоже, достигла пика примерно две недели назад, во время его теракта против Горовица. Теперь газеты сообщали только о четырех-пяти серьезных нападениях в день на смешанные пары по всей стране. Частично спад, наверное, произошел из-за первоначально высокой волны арестов, когда полиция под чрезвычайным давлением СМИ бросила все свои силы на расследование нападений на межрасовые пары. Очевидно, запас необузданных мужчин, которым запала в головы мысль убить парочку расовых предателей по примеру Оскара, и которые побежали это делать без промедления, – запас таких людей иссяк. Активисты, все еще остающиеся на свободе, стали более осторожными. Кто-то в Чикаго – возможно, это даже были несколько человек – казалось, действовал достаточно хорошо, и кроме того, была еще вереница из шести нераскрытых двойных убийств в районе Сиэтла, совершенных одинаковым почерком, но в других местах таких ободряющих примеров было немного.