Охотник

Роджерс пробежался по сообщениям «частым гребешком», подчеркнул некоторые места и пометил на полях, что-то вроде «использовать» и т.д. Он, очевидно, получает информацию от кого-то в ФБР, кто хочет вас достать. Я помню, что в одной пометке на полях было, кажется, написано «Встретиться с Торстейном в четверг в здании Гувера для уточнения».

– Торстейн?

– Торстейн, Терстейн, кажется так.

– Тонстейн! Джулс Тонстейн! Вот ублюдок! – взорвался Райан.

Незнание Оскаром написания и произношения этого имени было притворным. Он очень хорошо знал, что Джулс Тонстейн был в Бюро директором отдела по борьбе с рэкетом. Он не забыл имя человека, увиденного в новостях во время формирования Агентства; его упоминали как возможного кандидата на пост главы новой организации. Оскар рассчитал, что одно это обстоятельство делает этих двух мужчин соперниками, и он рассчитал точно. Райан повел себя почти так как и предполагал Оскар.

– Хорошо, послушай, Егер. Ты должен немедленно передать мне эти бумаги. Я не могу рисковать, чтобы они попали к кому-нибудь еще. Я зайду в «Капри», ты знаешь этот ресторан в Джорджтауне?

– Да, я слышал о нем. Думаю, что я знаю, где это.

– Хорошо, я буду там через полчаса. Ты тоже подходи туда со всеми этими бумагами. Точно в 8:30 я войду в мужской туалет. Ты зайдешь туда в 8:25 и передашь бумаги мне, когда я войду.

– Нет, нет, Райан. Если я должен встретиться с вами снова, я хочу, чтобы это было место, где мы можем сесть и поговорить несколько минут наедине. Если эти бумаги так важны для вас, как я понимаю, то вы можете найти способ отделаться от ваших телохранителей на час и встретиться со мной там, где мы сможем говорить с глазу на глаз.

– Что ты задумал? Не хочешь ли ты меня шантажировать, Егер? – Голос Райана был полон явного подозрения.

– Этого я хочу меньше всего. Но с тех пор, как мы образовали наше маленькое товарищество, многое изменилось. Я должен получить ваши разъяснения по некоторым делам, чтобы точно знать, каковы будут наши отношения в будущем.

В трубке стояла тишина, пока Райан обдумывал проблему, и, наконец, он сказал:

– Хорошо, Егер. Моя лодка стоит на пристани для яхт, вниз по Мэн-Авеню. Знаешь, где это?

– Да."

"– Моя лодка стоит у причала K-2, большая белая с синей отделкой. Ты ее не пропустишь. Я сейчас пойду туда. Ты прибудешь на борт между 8:30 и 8:40, и мы поговорим. Я могу уделить тебе полчаса. Хорошо?

– Да. Этого, наверное, будет достаточно.

– Только убедись, что взял с собой все бумаги, которые нашел – все до одной.

Когда Оскар повесил трубку, у него вырвался вздох. Райан легко угодил в его ловушку. Оскару было почти жаль, что она сработала.

XXXVIII

– Проходи, Егер. – Райан махнул Оскару в сторону просторной, но неярко освещенной каюты своего 17-метрового крейсера.