Охотник

Тогда возможно, что бойкот можно будет провести позже.

– Стыдно, что нам приходится обманывать, чтобы убедить людей делать то, что является правильным, – недовольно заметил Оскар Аделаиде после проповеди Сола. – Из-за этого я чувствую себя неловко. Мой инстинкт подсказывает, что я должен прямо сказать им, что неправильно, и что требуется сделать. Я понимаю, что мы так не можем делать; я знаю, что это не сработает. Этих людей, и их – большинство, нужно обхитрить. Они просто недостаточно развиты, чтобы распознавать правду или проводить различие между правдой и неправдой. Евреи их обманывают, правительство обманывает, церкви и всякие евангелисты обманывают, управляемые СМИ обманывают, и мы тоже должны их обманывать. Они рождены, чтобы их всю жизнь обводили вокруг пальца. Но я все же думаю, ведь это – позор, что у нас нет времени, чтобы постепенно привести их в чувство и научить правильно смотреть на вещи, обучая их, даже если мы вынуждены делать это на уровне подсознания. Кажется, Сол кое-чего добился своими проповедями, помогая зрителям привести в порядок их взгляды, прежде чем евреи заставили действовать нас раньше нужного.

Оскар пристально посмотрел на Аделаиду, засмеялся и сказал:

– Конечно, не только эти хитрости мне не по душе. Меня также волнует, насколько это сработает. А ты как думаешь? Ты веришь, что Сол сегодня вечером убедил своих зрителей?

Аделаида на мгновение задержалась с ответом.

– Да, я думаю, мы их убедили. Я не христианка и не верю в сверхъестественные силы со студенческих времен, да и до этого не была такой уж верующей. И все же Сол почти убедил меня сегодня вечером, что Иисус говорил его устами. Он был действительно неотразим. Я уверена, большинство людей, которые видели его сегодня вечером, были глубоко тронуты, и они действительно верят теперь, что Иисус хочет, чтобы они прекратили посылать свои налоги Израилю. Но…

– Какое «но»? – нетерпеливо потребовал Оскар.

– Но я только не знаю, сколько из них захочет сделать хоть что-нибудь в соответствии с их убеждениями. Люди такие пассивные. И они так непостоянны, их легко поколебать. Я не знаю, как долго они будут держаться своих новых взглядов, прежде чем другие евангелисты снова их не переубедят. Вот если бы Сол мог продолжать говорить с ними неделю за неделей! Тогда я уверена, что он смог бы побудить, по крайней мере, часть тех, кого он убедил, действительно сделать что-нибудь."

"– Да, черт возьми, в этом вся беда. Мы действительно смогли «выстрелить» только раз. Я уверен, мы сможем удержать Сола на некоторых станциях еще некоторое время, но после сегодняшнего вечера евреи пойдут на все, чтобы заставить его замолчать. Мы просто не можем сравниться с ними по денежной мощи или политическому влиянию, и они непременно отключат нашу аудиторию.