Охотник

Тема Сола была более простой, чем у Колдвелла, но коренным образом они не различались. Сол проповедовал об опасности скорой Божьей кары, которая постигнет Америку за ее грехи. Он клеймил правительство за коррупцию и неспособность обуздать длительный спад в стране. Другие евангелисты в прошлом играли в основном на той же площадке, но в последние годы приспособились к общему настроению сытости и довольства, царящему в стране, меньше грозили адскими муками и больше касались материализма и погони за удовольствиями среднего класса. Они не были посвящены в информацию Оскара относительно внезапности и серьезности вероятного наступления трудных времен, а также не успели осознать новую волну предчувствий и беспокойства, которая постепенно проникала в сознание общества.

Настоящее различие между Солом и кучкой евангелистов состояло в оттенке неизбежности перемен и повторяющихся намеках на грядущие большие события, которые пронизывали его проповеди. Несколько из более критичных евангелистов, действующих далеко на краю общества, иногда предсказывали, что день Страшного суда близок, или что какая-то страшная катастрофа разрушит весь мир, но Сол нес мантию пророка по-иному, не только с большим достоинством, но и с большим правдоподобием. Доверие к нему было отчасти связано с неопределенностью его проповедей и отчасти – с притворным смирением. Сол не делал никаких определенных предсказаний, и даже не утверждал, что знает, что произойдет. Вместо этого, в соответствии со своей ролью посредника, он просто утверждал, что большой поворот в делах человеческих уже близок, и что очевидность его утверждений подтверждается его собственным опытом в Пасхальное утро, и что он вместе со всеми и каждым узнает подробности только, когда Иисус пожелает еще раз использовать его как посредника: «Я не знаю, что наш Господь возвестит нам или потребует от нас. Я знаю только, что скоро он вновь будет говорить с нами, и что мир после этого изменится».

Ораторское искусство Сола облекало в покров тайны и напряженного интереса это простое утверждение, которое держало в напряжении его телезрителей во время передач. Оскар беспокоился, что намеки на грядущее откровение могут заставить еврейских заправил СМИ навострить уши и быть настороже относительно предоставления Солу телевизионного времени, но предварительные зрительские оценки, вместе с откровенно проеврейской и произраильской вводной пленкой, похоже, перевесили любые сомнения с их стороны. Колин смогла купить столько телевизионного времени, сколько позволил их начальный бюджет. К 24 мая доля Сола от всей аудитории зрителей-евангелистов достигла почти пятидесяти процентов.