4
0Даже если им все сходит с рук, пожива не приносит радости. Живут, придавленные страхом, не умея толком распорядиться деньгами.
– Почему она так поступила?
Сергей уже не понимал, о ком спрашивает Юрий: о жене или о матери.
Илюшин попытался вернуть Забелина к разговору о Ратманской.
– Юрий Геннадьевич, Нина пропала в понедельник вечером. Она не связывалась с вами в последние трое суток?
Юрий повернулся к нему. Казалось, он только сейчас понял, что в комнате кроме него и Бабкина есть кто-то еще.
– Нина пропала? – повторил он. – Нина пропала?
Внезапно он захохотал, страшно и некрасиво. Сергей подумал было, что это истерика, но Забелин смеялся от души. Он хлопал себя по коленям, вытирал выступившие слезы и сгибался пополам, повторяя: «Пропала… опять!»
Илюшин встал, за ним поднялся и Бабкин. Они переглянулись, и Макар коротко качнул головой: «Бесполезно».
Бабкин прикрыл кухонную дверь, приглушив злорадный хохот. Наверное, за все десять лет Забелин не веселился так, как в эту минуту.
Перед Бабкиным выросла тень. Белый как мел Егор шагнул из темного угла навстречу сыщикам. Он выпятил челюсть и сжал кулаки, но голос у него дрожал, когда он спросил, обращаясь к Сергею:
– Ты сказал, моя мама жива?
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Они вышли из подъезда в осеннюю метель. Ветер гнал листья, пыль и мусор. Над дорогой закручивался небольшой грязно-желтый смерч. Бабкин поднял воротник куртки и сунул руки в карманы. Илюшин плотнее запахнул тонкое пальто.
– Надо бы позвонить следаку, узнать, что там с Тамарой, – без малейшего энтузиазма сказал Сергей и вдруг не выдержал: – Черт, я не понимаю! Ну вот как? Как можно было сбежать от родных детей?
Совсем недавно один из этих детей захлебывался рыданиями у него на руках. Юрий не вышел, чтобы утешить сына. Умывая покрасневшего пацана холодной водой над раковиной, Бабкин прислушивался, и ему казалось, будто из кухни все еще доносится смех его отца. Второй сын Нины стоял у Бабкина за спиной, скрестив руки, и молчал.
– Если бы точно такой же поступок совершил мужчина, ты сказал бы «понять и простить». – Илюшин дождался, пока торнадо вильнет мимо, и неторопливо пошел к парковке.
– Нет, мужика я бы назвал мудаком, – возразил Сергей.
– А с Ратманской ты вообще не хочешь иметь дела. Если бы я отказался искать ее, ты был бы только рад."
"– Про «не иметь с ней дела» я ничего не говорил, – пробормотал Бабкин, скрывая смущение. – Но я действительно не понимаю: после всего, что ты видел сегодня, ты по-прежнему ее оправдываешь?
– Я? – удивился Илюшин. – С чего ты взял, мой высоконравственный друг? Просто в отличие от тебя я ставлю ей в вину совсем другое.
– Что именно? Давай-ка шевелись, пока нас не унесло отсюда на фиг!
Они добежали до машины, и Бабкин с облегчением захлопнул дверцу.
