4
0До него донесся свистящий шепот: «…ничего не стыдятся…»
– Заприте, пожалуйста, дверь, – попросил Арсений.
Когда Макар выполнил просьбу и повернулся, перед ним стоял человек с гладкой, как купол, головой. Парик, который скрипач держал в руке, в мутном свете напоминал уснувшего косматого зверька.
Илюшин с неподдельным интересом разглядывал Рутберга.
– Нина, когда видит меня таким, любит цитировать: «Я обязательно вернусь к тебе… Только другим! Совсем другим!» Помните роль Абдулова из «Формулы любви»? Тот момент, когда его герой стаскивает парик перед Фимкой. Теперь мое лицо кажется вам цельным?
– Теперь – да. – Илюшин не лукавил. – Вы стали сами собой, а не карикатурным образом музыканта.
– Карикатурным… – Скрипач улыбнулся, не обидевшись. – Увы, существуют ожидания зрителей. И что лукавить, ожидания от собственного отражения в зеркале. Я облысел в двадцать пять… Однако вы наблюдательны! Нина тоже утверждает, что эта грива мне совсем не подходит.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Рутберг ушел, а Илюшин вернулся за столик возле окна. Женщины встретили его возмущенным шипением, но он начисто забыл про них: на телефон упало голосовое сообщение. Макар с удивлением увидел, что отправитель – Бабкин. Он воткнул в ухо наушник и стал слушать.
– Извини, записываю голосом, – говорил Сергей. – Мне тут подогнали кое-какую инфу по Ратманскому, может, будет тебе полезна. Ратманский очень непрост. К нефтяной трубе не присасывался, заводов не приватизировал, бизнесов на паленом бухле не строил, на лекарствах – тем более. И даже не строительство, как ты сейчас подумал. Родился в сорок девятом. Мать – повариха, отец вернулся безногим инвалидом с войны, прожил после этого шестнадцать лет. Оба вдолбили сыну в голову, что он должен учиться.
«Откуда, интересно, ты смог это узнать?» – изумленно подумал Макар."
"– Это есть в кое-каких опубликованных дневниках Ратманского, – продолжал Бабкин, словно отвечая на его вопрос. – У него была страница в соцсетях, двадцать тысяч подписчиков, между прочим. Потом он ее забросил. Там воспоминания о его детстве. Факультет радиотехники окончил с золотой медалью, работал инженером. В процессе понял, что он по складу характера не настоящий инженер, а руководитель. Ну, то есть не повелитель машин, а начальник над повелителями. Перестройку встретил завлабом. Друзья тащили его в политику – отказался. Ушел в Министерство тракторного машиностроения, там сделал карьеру. Несмотря на возраст, успел добраться до замминистра. Уверен, мог бы со временем усесться и в министерское кресло после объединения его ведомства с Минавтопромом, но по какой-то причине не захотел.
