4
0Как будто чужие беды теряют вес на фоне собственного близящегося ухода, вытесняются на периферию чувств.
Однако Тамаре Забелиной всего шестьдесят пять. Она не старуха.
Он подумал, не посоветоваться ли с Макаром. Но Илюшин занят расследованием. К тому же у Сергея было ощущение, что выход есть и он рядом.
Лопата и ножницы, на которых нет отпечатков… Закрытый люк погреба…
И вдруг он все увидел. Дверь была прямо перед ним.
– Есть одна идея… – медленно проговорил Сергей, не до конца уверенный, что она осуществима. – Вот смотрите…
Глава 9"
"Нина Ратманская жила в десяти минутах ходьбы от Новодевичьего монастыря. Дом с подземной парковкой и огороженной территорией прятался среди старых многоэтажек. Илюшин в сопровождении немногословного консьержа, на вид – благообразного старичка, поднялся на восьмой этаж. Старичок двигался плавно, как кот, и обшарил сыщика таким цепким взглядом, что Макар заподозрил – перед ним не просто дедушка на пенсии, нашедший удачную подработку.
– Ваши уже были здесь, – проскрипел консьерж. – Дважды. Сначала около полуночи приехали, а потом в шесть утра.
«В первый раз убедились, что Нины нет в квартире. Второй раз обыскивали комнаты».
– Вы дежурили вчера утром, когда Нина Ратманская уходила на работу? – спросил Макар.
– Да, видел Нину Константиновну. Все было как обычно. Она всегда приветливая, вежливая. Очень приятная, располагающая к себе женщина.
Никаких вопросов сыщику старичок не задал. Он молча распахнул перед ним дверь квартиры и отступил в тень, слившись со стеной.
Илюшин ожидал увидеть такой же бардак, как и в офисе, только сотворенный руками помощников Гришковца. Но в комнатах было чисто. На спинке дивана валялся белый шелковый шарф. Пахло кофе, как будто Нина пять минут назад позавтракала и вышла из квартиры. Приглядевшись, Макар заметил на полке стеклянную банку с торчащим пучком деревянных палочек. Кофе был ароматической иллюзией.
За исключением ненавязчивого запаха в остальном квартира была как будто подчеркнуто лишена индивидуальности. Светло-серые стены, мебель на два тона темнее. Ни картин, ни безделушек, ни книг – только ридер на тумбочке у кровати. Бежевые шторы, такие же покрывала. Квартира Ратманской напоминала номер в дорогом отеле.
Браслеты и золотые цепочки на полочке в ванной комнате. Несколько купюр разного достоинства перед зеркалом в прихожей. Илюшин уже понимал, что зря теряет время.
Гришковец ждал его в небольшом кафе в переулке за Таганской. Илюшин выслушал от него подобие доклада.
Ничего нового Гришковец не добавил. В восемнадцать пятнадцать Нина прошла мимо аптеки.
