0
0— Мы проходили это уже много раз. Но я не железный. Я, как и ты, из плоти и крови, и у меня тоже есть…
Он запнулся, повернулся ко мне спиной и схватил жилет.
— Что у тебя есть?
— Желания и мечты, — ответил он после паузы.
— Не те ли, что удовлетворяет эрла Леврон?!
Съехидничала зло — и сама устыдилась. Потому что Габриэль замер на пару вдохов, а потом сухо поправился:
— Несбыточные мечты.
От его слов у меня защемило сердце. Он произнес их с такой застарелой болью, что мне захотелось шагнуть к нему, положить ладони на плечи, прикоснуться губами к ямочке между лопаток…
Но я не двинулась с места.
— Может, со мной они сбудутся?
— Сомневаюсь. — Застегнув жилет и рубашку, Габриэль наконец-то посмотрел на меня. — Иди, мне нужно работать.
На дне его глаз я увидела муку. Он мучился, как и я. Но мне от этого легче не стало.
Поднявшись, я направилась к дверям. Обида душила невидимой петлей, подстегивала эмоции, грозящие перерасти в бурю. Но в то же время я чувствовала: между нами что-то изменилось. Незначительное, почти незаметное, но изменение есть. Будто тоненькая трещина в несокрушимой бетонной стене.
Вокруг Габриэля витало странное напряжение. Я чувствовала его каждой клеточкой кожи. Но он не шагнул ко мне, не остановил. Не произнес ни слова.
Я взялась за ручку двери. Не выдержала и обернулась.
— Я приказала разобрать дверь между нашими спальнями…
Габ стоял ко мне спиной, упершись ладонями в край стола. Но после моих слов его плечи напряглись.
— Приглашаешь меня в постель? — произнес он странным тоном. — Не боишься, что воспользуюсь твоим предложением?
Я машинально скрестила пальцы.
— Не боюсь. Но настаивать тоже не буду.
— Тогда к чему твое предложение?
— Можешь зайти, если хочешь… к сыну.
Когда дверь закрылась, мне захотелось прижаться к ней спиной, стукнуться пару раз затылком о твердое полотно и заорать во всю глотку. Но я сдержалась. Хватит истерик. Нервы нужно беречь, особенно кормящей матери.
Мне бы с Леврон разобраться, потом и на комплексы Габриэля управу найдем.
А то, что это комплексы, я даже не сомневалась. Напридумывал себе что-то, сам поверил, сам мучается и меня тоже мучает. Ну ничего, любовью да лаской вправлю ему мозги. Жаль только, что времени почти не осталось.
Я уже спустилась на два пролета, когда сверху раздались шаги. Прислушавшись, замедлила шаг.
Габриэль нагнал меня через минуту. Делая вид, что не замечаю его, я продолжала спускаться. Габу не оставалось ничего, как только идти сзади, прихрамывая, и сопеть мне в затылок.
— Твое предложение… весьма неожиданно, — раздался, наконец, ровный голос супруга. — Но я… готов его рассмотреть.
Я промолчала, пряча улыбку.
