Хозяин Драконьей гряды

— Нет, испугалась только, — призналась, аккуратно отстраняясь от него и поправляя подол. — Где остальные?

— Аврора! Где ты была?! — ко мне со всех ног неслась Би. — Мы так волновались!

Поймав девочку, я огляделась.

Убежище оказалось довольно большим. Просторное помещение, чей потолок поддерживали мощные каменные колонны. В одном углу сбились служанки. Сидели на лавочках, укутавшись в шали, из-под которых только испуганно блестели глаз. И бормотали молитвы, поминутно махая руками перед лицом.

Левее от них на толстом ковре пристроились младшие девочки и Лин. Там же валялись грифельные доски размером с альбомный лист и цветные мелки.

На диване возле ковра восседала Леврон. Когда наши взгляды столкнулись, она ответила любезной улыбкой и отвернулась со скучающим видом.

— Где Тэй? И Гелла? — мое сердце подпрыгнуло в страхе.

— Тут мы, госпожа, — из-за колонны показалась Гелла с Тэем на руках. — Юный лаэрд капризничает. Не нравится ему что-то…

Я схватила сыночка на руки. Первым делом ощупала. Да нет, сухой… Может, голодный?

Зайдя за колонну подальше от взглядов, дала ему грудь.

Малыш прильнул к ней, глотнул два раза и выплюнул.

Закряхтел недовольно, собираясь перейти на полноценный крик.

— И вот так уже целый час, — вздохнула Гелла. — Не знаю, что делать.

Я обратилась к Нуэру:

— Сколько мы здесь пробудем?

— Все зависит от ситуации наверху. Мы услышим сигнал.

Угу. Тот самый, что я по какой-то причине не услышала.

Ладно, с этим потом разберемся. Чую, будет у нас с Шипом деловой разговор.

Я отметила крупные плетеные корзины, накрытые свернутыми пледами. Из-под пледов торчали горлышки бутылок и румяные бока длинных булок — местный аналог багетов.

А еще из корзин пробивался запах фруктов и копченого мяса. Это хорошо, значит, голодными не останемся.

Но и плохо. Если едой запаслись, значит, сидеть нам здесь не час и не два.

Тэй капризничал. Я качала его, машинально расхаживая по залу и изучая обстановку. Би вернулась к сестрам, Гелла — уселась рядом с остальными служанками и теперь столь же рьяно молилась Праматери.

И вот что странно: стоило мне подойти ближе к девочкам, как Тэй начинал ужом выкручиваться в пеленках. Из его крошечного тельца вырывались глухие хрипы, личико становилось багровым, а зрачки расширялись, заливая глаза пугающей чернотой.

Это пугало меня даже больше, чем бой наверху.

— Да что ж с тобой, маленький?! — я не знала, что делать.

Едва не плача, подняла его, уложила головкой себе на плечо.

Мое сердце разрывалось от страха за сына.

Ну что за напасть?!

Неприятный сверлящий взгляд уперся мне в спину. Будто ледышка в сердце кольнула.

Я машинально оглянулась. Ощущение укола исчезло.

Девочки рисовали, склонив головы над грифельными досками, и тихо переговаривались.