12
0
Ее жизнь начала постепенно возвращаться в прежнее русло, и я вздохнул с облегчением. На сердце теплело оттого, что на лице упрямой девчонки вновь играет улыбка.
Поймал себя на мысли, что успел привязаться к ней даже на расстоянии. Поверил дракону и теперь ждал, когда познакомлюсь с ней вживую.
Распланировал, как по возвращении обо всем с ней спокойно поговорю. Рассчитывал, что раз жизнь налажена, то злиться она будет меньше. Ошибся. И не только в этом.
Один из последних отчетов так вывел меня из себя, что я уже на иголках заканчивал службу. А все последующие конверты открывала вместо меня Мари и убирала фотографии, на которых фигурировал маг.
Как я мог упустить тот факт, что оставил Рину свободной, что она вольна устраивать свою личную жизнь? И Солт не потерялась. Тут же отыскала себе воздыхателя, едва появилось на это свободное время.
Сам не знаю, как продержался последние месяцы службы. Пошел по возвращении за разрешением на отпуск к Его Величеству, но тот назначил на новое дело.
Пришлось показать вязь и объясниться, сказав, что, пока я не решу первостепенную для себя задачу, агент из меня будет никакой.
Работа под прикрытием показалось мне отличной возможностью, чтобы прощупать почву в отношении истинной. Я не ждал ковровой дорожки и готов был к упрекам, но все оказалось куда хуже.
Говорить с ней было не просто. Я сначала дал ей возможность узнать меня получше и поверить, что я вовсе не чудовище. А потом хотел подобрать момент, чтобы все объяснить, но не вышло.
Наверное, Мари права. В конце концов, она женщина. Кто поймет, что им нужно? Стоило заявить с порога, что все, увиденное Риной в беседке, – просто фарс? Но стала бы она слушать? И не станет слушать сейчас, с ее-то упертостью и неведомыми мне тараканами в голове?
Но тянуть дальше и ждать подходящего момента бессмысленно… Надо уже поговорить начистоту.
Глава 20
Рина:
«Что мне делать?» Этот вопрос не давал покоя.
Я понимала, что вязь истинной куда более весомый аргумент претендовать на меня, чем что-либо еще. И еще я понимала, что рано или поздно подчинюсь Риссу, как бы ни рыпалась.
Оставалось надеяться, что этот мужчина решит провозиться со мной, как с упертым ребёнком, как можно дольше, отдаляя момент, когда просто стукнет кулаком и скажет: «Ты теперь моя, и больше ничего не знаю!».
А если это случится… да и так понятно. Чего повторяться?
Я познаю сумасшедшую страсть и испепеляющую любовь Эзера, а потом буду наблюдать, как в его жизни появляются другие женщины.
Которые, на минуточку, и сейчас продолжают фигурировать в деле, несмотря на метку.
