12
0Они непреклонно требовали свое и выворачивали сердце наизнанку раз за разом, так что оно практически обратилось в тугой узел.
Что Эзер только что сказал? Истинные? Кто? Мы?
Разве такое может быть?
– Ты что-то путаешь! – Я потрясла головой.
– Я ничего никогда не путаю! Дракон выбрал тебя. И пусть я не сразу понял почему, но теперь с ним согласен! – сообщил мне Эзер.
В голове вспышками пронеслись сотни фантастических историй о великой всесильной любви, будоража сознание и заставляя тело трепетать от волнения, но, увы… Не все эти истории были со счастливым концом.
– Так вот чего ты взбеленился. – Я покачала головой, которую сейчас едва не потеряла.
А ведь была критически близко к точке невозврата. Спасибо Стихиям, вовремя вспомнила: не все то золото, что блестит.
– Вязь взяла над тобой верх и заставила прийти ко мне. Вот только у меня нет метки, и я не желаю быть твоей истинной! – отрезала я, и глаза Эзера вспыхнули таким пламенем, что внутри я сгорела.
Мне даже показалась, что я услышала сдавленный утробный рык дракона, который был готов вырваться из Эзера в любой момент и показать мне, где раки зимуют… то есть показать мне, как нужно вести себя в его присутствии.
Инстинкт самосохранения сработал превосходно, уводя меня на два шага назад.
– Рина! – Нарисовался боевой маг и, видя, что между нами с профессором уже летят искры, предвещая смертельную схватку, тут же оттянул меня себе за спину.
– Что тут происходит?! – Дивас бросил возмущенный взгляд на профессора. Ой, зря…
– Не вмешивайся, маг! – прорычал Рисс так, что по всему телу галопом пронеслись мурашки.
А стоило дракону заметить сплетение наших пальцев, как чешуя поползла по его коже новыми волнами.
– Это вы вмешиваетесь, профессор! В наши отношения! – додумался спорить Дивас в то время, как я вообще забыла, как пользоваться собственным ртом и что нужно сделать, чтобы заставить язык шевелиться.
И, думаю, лучше бы сейчас боевой маг тоже поймал ступор, нежели бесил и без того разъярённого дракона.
Не знаю почему, но я была свято уверена, что Эзер беспощаден в гневе.
Мне даже показалось, что все, что было до этого, – напускная мягкость… А вот теперь я видела его настоящего: жесткого, беспринципного, решительного.
Я всеми клеточками тела ощутила, что сейчас боевому магу придет конец. И ему не помогут те искры, что уже обвивают его пальцы, собираясь в огненный шар для атаки.
В самом деле? Эти двое сейчас устроят бойню прямо в центре Севиля?
И я точно знаю, кто победит.
