Звезда Авроры

Мимо меня намеренно впритирку проходит девушка с татуировками, которую я видела в лазарете. За ней, дребезжа, смыкаются дверцы лифта.

Кэл глядит на меня и шагает к каким-то консолям.

Я хочу спросить, что тут происходит, но решаю, что, судя по царящему настроению, лучше не лезть под ноги.

Так что я отступаю к стене, становлюсь рядом с пожилым с виду сильдратийцем. Сердце гонит милю в минуту, и есть у меня отдельное желание найти щель и туда забиться. Много всего получается. Я как-то могу пережить мысль о двух веках заморозки, если не думать слишком много о последствиях.

Вполне примириться с тем, чтобы тайком удрать на корабле с кучкой незнакомцев. Принять, что все вокруг мне врут. Но теперь я до кучи еще и попала под атаку. А это уже все-таки лишнее.

Хотелось бы мне сказать, что зал полон обученных специалистов, работающих со слаженностью хорошо смазанной машины, но ничего похожего не наблюдается. Легионеры друг друга перекрикивают, задают вопросы и не ждут ответов, повышают голоса чуть не до визга. Если это и есть экипаж, которым Тай не хотел командовать, то я его понимаю: никто ничего не слушает, а со стороны видно, как отчаянно нужно, чтобы они это делали.

Я смотрю на стоящего рядом старика, который единственный ничем не занят.

– Меня зовут Аври, – тихо говорю я, потом, видя, насколько официально его лицо и безупречна осанка, добавляю с небольшим поклоном: – Аврора Цзе-Линь О'Мэлли.

Он смотрит на меня вопросительно, как на собаку, только что исполнившую забавный трюк.

– Меня зовут Первый Путеходец Танет Лираэль Аммар, юная терранка, – отвечает он голосом низким и спокойным. – Можешь называть меня Первый Танет.

– Те, кто там, на военном корабле… – Я пытаюсь проглотить слюну, горло ноет и болит.

 – Они нас убьют?

– Несомненно, – говорит он тем же голосом, которым называл свое имя.

Эти несерьезные слова еле слышны у меня в голове, и дыхание становится странно поверхностным, будто кто-то сжал мне грудную клетку. Но не могу же я погибнуть в самый разгар конфликта, которого даже не понимаю, на какой-то космической станции на двести лет в будущем.

Я же многое должна была сделать до этого. Я еще не попыталась найти маму, Кэлли, выяснить их судьбу. Хотя все эти долгие часы в контейнере, согнувшись в три погибели с «Магелланом» в руках, я совсем не чувствовала себя готовой увидеть на экране, что от них только имена и даты остались.

Или, того хуже, что они пропали, как отец. Так что я даже пытаться не стала – а другой случай, быть может, не представится.

Хаос из вопросов и инструкций от членов экипажа прорезает голос Кэла:

– Средства обороны станции недостаточны для отражения атаки «Призрака». Придется применить все доступное оружие и приготовиться к абордажу. Несломленные пощады давать не будут.