Звезда Авроры

Тай подмигивает в мою сторону:

– Уважай старших, брат мой.

– Ты меня старше на три минуты, Скарлетт.

– Три минуты тридцать семь и четыре десятых секунды, малыш.

– Ты знаешь, что я не люблю это прозвище.

– А почему еще я тебя так называю? – Но я встаю и четко салютую: – Легионер Скарлетт Изобель Джонс для прохождения службы прибыла, сэр!

Тай отвечает отданием чести, и я просто глаза закатываю.

– Самый выдающийся Альфа в истории Академии, – говорит он. – Лучший Ас. И сногсшибательный Лик. Я считаю, вполне ничего экипаж получается. Мы же все ученики элитной военной школы, где собраны лучшие курсанты со всей галактики? Так насколько плох может быть остальной состав выданного мне экипажа?

Мы с Кэт неловко переглядываемся.

– М-м, кстати об этом…

– Она же психопатка! – заявляет Тайлер.

– Строго говоря, она скорее социопатка, – отвечаю я.

– Скарлетт, ты только посмотри на эти дисциплинарные взыскания!

– Я вообще-то их прочла, когда собирала для тебя это досье. Спасибо, что заметил.

Мы с Кэт и Тайлером шагаем по променаду «С», продираясь сквозь утреннюю толпу. Тут всегда народ кишит как в улье, но сегодня особенно – все свежепроизведенные экипажи Легиона следуют к месту первого назначения.

Гражданских нет, одни военные – в основном бетрасканцы и терране, стоящие плечом к плечу в отвратительной уныло-серой форме.

Синий – корпус Альф.

Белый – Кэт и ее коллеги Асы.

Зеленый – Мозги, Научный дивизион.

А мне, везучей, достался ярко-желтый – для дипломатического корпуса – в соответствии с моей яркой солнечной натурой.

Я уж как могу пытаюсь эту скукоту оживить. Подол у меня на пять сантиметров выше, чем официально позволяют правила, а лифчик противоречит ньютоновскому закону всемирного тяготения.

Но перегнуть палку еще хоть чуточку – отличный способ заработать дисциплинарное замечание от наших инструкторов, а это, может, кому и надо, только не мне. У меня их полный комплект.

Тайлер все еще просматривает цифровые досье на своем униглассе.

– Зила Мадран. Терранка. Восемнадцать лет. Научный дивизион.

– Умная, – говорю я. – Академический табель – безупречен.

– Тридцать два официальных выговора за последние два года.

– Не все из нас идеальные снежинки, братец.

– Говори за себя, – усмехается Кэт и хлопает себя по заду.

 – Я вот абсолютно совершенна.

Тайлер пробегает глазами по экрану унигласса, качая головой.

– Тут сказано, что кадет Мадран заперла двух соучеников в жилом помещении и подвергла их действию вируса «Итрейя», чтобы испытать изобретенную ею сыворотку.

– И она подействовала, – указываю я. – Они не ослепли.

– Выстрелила в соседку по комнате из дезинтеграторного пистолета.

– Установленного на режим оглушения.

– Может, ее оказалось не так легко оглушить? – предполагает Кэт.