4
0Однако шутки шутками, а что-то надо решать…
Я прикинул, сколько у нас вообще было банок.
– А оружие принимаешь? – спросил я.
– Надо глядеть, что там за стволы…
А ведь точно, избегает буквы «р».
– Турецкий дробаш, ПМ-ы… – принялся перечислять я, а Кузьмич морщился.
– Возьму, конечно, – сказал он, – но много за них не дам. Хлам это, сам понимаешь…
– Ну да, – вздохнул я,– а патроны?
– К «Ксюхе»? Не-е-е…
– Есть пистолетные, есть китайские.
– Китайские и бесплатно не надо, – рассмеялся Кузьмич, – а пистолетных у самих хватает. Ты такое добго, вон, тоггашам пгедложи. Может, чего и выйдет толковое стогговать…
– Ладно, – кивнул я, – давай мне «сто третий», два магазина, БК к ним. И…посмотрим, сколько банок останется – на них еще патронов доберу.
– Лады! – кивнул Кузьмич.
– К этому еще три таких же «калаша», и тоже по два магазина, – встрял доселе молчавший Тимур.
– Лады, – невозмутимо повторил Кузьмич, – тащите КЦ.
– Чего? – не понял Тимур.
– Банки тащите… – Кузьмич быстро отщелкал на калькуляторе кнопки и поднял глаза на меня. – Итого с тебя 25 за автомат, 20 за магазины, и… 12 банок за БК. Всего 57 банок. Так, а с тебя, – он повернулся к Тимуру, – получается 171 банка. Ну, 170, ладно. Скидка новым клиентам.
Не знаю как Тимур, а я был возмущен такими подсчетами.
– Э…погоди! Ты ж по 22 банки за «калаш» обещал!
– Это если от 10 штук купите, – напомнил мне Кузьмич, – а вы всего четыге взяли. Так что звиняй…
– Так мы остального напокупали…давай еще хоть скинь немного, а то несправедливо получается…
– Спгаведливо? – рассмеялся Кузьма. – Ты чего, забыл, в каком миге живешь? О какой спгаведливости вообще может идти гечь, если даже в слове «кагтавый» есть буква «Г»?
Он громко заржал, и даже его охранники, как мне показалось, усмехнулись этой шутке.
Но мне было не до смеха. Я точно знал, что двух с лишним сотен банок консервов у нас с собой нет. Нет, мне-то на мои покупки и моих, привезенных с собой запасов, хватит, а вот Тимуру…
Тимур тяжело вздохнул и махнул рукой.
– Ладно, хрен с тобой.
Опаньки! Получается, были банки! Догрузил, значит, Тимурка еще товара, и не сказал. Вот засранец. А-я-яй! А предупредить?
– Ну, тащите тогда, – предложил Кузьмич.
– Слушай, а еще… – Тимур явно не собирался уходить. Чем он еще там торговать собрался?
– Ну? – спросил Кузьмич.
– А овощи свежие как тебе? Тыква там, картоха? Зерно?
– Мяса пока и в магазинах полно…
Вот тут я прямо-таки кожей почувствовал, как атмосфера в комнате накалилась. Охранники напряглись, я даже заметил, что у того, который стоял за Кузьмичом, палец медленно опустился на спусковой крючок автомата.
Взгляд же самого Кузьмича стал вдруг злым, колючим.
– Да какие еще рабы? – хмыкнул Тимур, абсолютно не заметивший случившихся изменений.
