Поэтому он высматривал себе в темноте какую-нибудь железку или дубину, которой можно было сломать противнику какую-нибудь кость или голову. На глаза ничего не попадалось, только маленькая палка, которую он поднял и тут же выкинул. Зайдя за общежитие, Виталий потихоньку пошел вдоль него, внимательно смотря себе под ноги. И сразу, через несколько шагов на глаза попалась какая-то палка, торчащая из подвального окна общаги. Он тут нагнулся за ней, и попытался ее вытащить. Но это оказалась не палка, а кусок железного уголка, торчащий из небольшого квадратного окна подвала. Даже если его и отломать, он был бы сильно мал.
* * *
Димон уже стал нервничать в слишком долгом ожидании друга. Переминаясь с ноги на ногу, он тихо простонал от негодования и потихоньку пошел в сторону курилки, куда ушел Виталий. Глаза привыкли к темноте и видели нормально.
— Да стой, Димон, это я! — негромко крикнул Виталий сзади.
Димон выдохнул и остановился. Виталий подбежал к нему и спросил:
— Ты че побежал, Димон? Это ж я.
— А там, думаешь, видно, ты или не ты? Я-то только силуэт твой видел, — ответил Димон, приводя дыхание в норму. — Че, сразу не мог сказать, что это ты? Я подумал, это Жека этот за мной гонится.
Пробежали они немного, всего около семидесяти метров. Но даже не подходя вплотную Виталий слышал, как бьется сердце его друга. И это было не от бега, слишком мало пробежали.
— Если б сразу крикнул, они бы услышали, — сказал Виталий и спросил: — Ты че, так боишься сильно? Сердце вон щас из груди выскочит.
— Да это я от пробежки, — неуклюже оправдался Димон.
Виталий покачал головой, но не стал упрекать друга в трусости, хотя так и вертелось это на все еще пьяном языке. А просто позвал:
— Пошли. Щас увидишь свою Юлю.
— Как? С окна или как? Они ж там сидят еще, я Жекин голос слышал, — недоуменно сказал Димон, уже идя за Виталием обратно к общаге.
— Не ссы, щас в общагу зайдем, я проход нашел.
— Че, внатуре что ли? — Димон аж подскочил и поравнялся с другом.









