Дьявол кроется в мелочах

 — Он уже звонил, что выехал из офиса, так что это не займет много времени. И да, чтобы не было никаких вопросов, сразу скажу, что мы — пара.

Настя рассмеялась с облегчением. Денис же выглядел ошеломленным.

— Сонь, у тебя что, правда роман с моим шефом? — наконец спросил он. — Ты уверена, что это именно то, что тебе нужно?

— А ты что, против?

— Нет. — Денис потер коротко стриженный затылок. — Как я могу быть против? Ты — взрослая женщина и сама принимаешь решения, касающиеся твоей личной жизни. Тем более что Феодосий — отличный мужик, добрый и порядочный, но…

— Я не хочу слышать никаких «но», — заявила Соня, которой было приятно слышать лестную характеристику Лаврецкого из уст Дениса.

Ее брат не был человеком, который бросался словами.

— Но он — закоренелый холостяк, который после развода дует на воду, здорово обжегшись на молоке. — Сбить Дениса с толку, когда он считал необходимым что-то сделать или сказать, было невозможно. С самого детства. — Он берет женщин походя, просто, не глядя, протягивает руку, и все. По-моему, он это делает, не приходя в сознание. Но никого не подпускает так близко, чтобы это угрожало его душе.

Понимаешь?

— Я не собираюсь угрожать его душе. — Соня сказала это мягко, но в голосе ее слышалась твердая решимость не продолжать разговор на эту тему. — Вот что, пока мы ждем Феодосия, расскажите мне, что нового узнали. Мы потом ему повторим, а пока мне не терпится узнать, что именно содержит ваша новая информация.

— Вы, наверное, будете разочарованы, — голос Насти звучал тускло, — хотя, наверное, это хорошо. Дело в том, Софья Михайловна, что ваших соседей никто не убивал.

— Во-первых, обращайся ко мне на «ты» и по имени, — сказала Соня и шлепнулась на табуретку, устраиваясь поудобнее.

 — А во-вторых, рассказывай подробности. Откуда ты это узнала?

И Настя передала ей свой разговор с полковником Иваном Буниным. С каждым сказанным ею словом Соне становилось легче, а под конец она чувствовала себя так, словно вот-вот взлетит.

Получается, не было никакого убийства? Получается, профессор Ровенский ни при чем, а его портрет в тетради Санька — не более чем совпадение.

Да, он был знаком с Борисом Петровичем Галактионовым. Да, приходил к нему в дом незадолго до смерти.

Да, злился из-за того, что первое прижизненное издание Блейка досталось не ему, а сопернику. Но не совершал преступления, не марал своих рук ради этой самой книги. Какое облегчение.

Когда Настя закончила рассказ, Соня высказала эту мысль вслух.

— Ну да, — ее ученица тряхнула копной своих длинных шелковистых волос, — старик Галактионов имел проблемы со здоровьем. У него случился инсульт. Скорее всего удар произошел внезапно и настиг его на кухне. Именно потому его тело нашли под столом, там, где ему стало плохо.