Жалко на одну ночь мне ее «одолжить»? — отпускаю ноги на пол. Наклоняюсь и смотрю в упор. Сукин сын. А ведь я себя еле сдерживаю, чтобы морду твою не разбить.
— Роман Константинович...
— А Алена моя девушка, — перебиваю. Достаю мятую пачку сигарет и зажигалку. Не закуриваю, потому что не хочу так сбрасывать напряжение. Есть идейка получше. — Однако ты предложил ей «хорошие» деньги за одну ночь.
— Она вам пожаловалась, да? — переступает с ноги на ногу. Знает ведь, видит, что я в бешенстве. Пытается успокоить? Умом понимает: я ему кости поломаю, скажи он еще одно лишнее слово. — Это она предложила мне.
— Заткнись! — перебиваю ледяным тоном. Резко встаю с кожаного кресла, шагаю к нему. Кретин пятится назад, но куда он от меня уйдет? — Сукин сын! Я видел все собственными глазами! Ты хоть в курсе, что я тебя прикончу? — всего лишь один взмах, и мой кулак оказывается у его челюсти. Мудак падает, рукой сжимает подбородок.
— Все не так... — бормочет себе под нос. — Я... Прошу прощения, Роман Константинович. Накосячил. Больше не повторится.
— Конечно, не повторится, — врезаю кулаком еще раз, как только он поднимается.
Рот мудака в крови. Правая щека потемнела. Завтра он будет в неузнаваемом состоянии! Отталкиваю его прочь. От греха подальше.
— Проваливай, пока жив! Чтобы я тебя не видел возле этой компании. Еще раз узнаю, что Алене хоть слово сказал.
— Не будет такого...
— Сукин сын! Конечно, не будет. Иначе ты не то что здесь... Вообще нигде работу себе не найдешь! Пошел вон!
Пятится назад. Тыльной стороной ладони вытирает лицо. Не отрывая от меня взгляда, выходит. Я все так же напряжен. Мне бы к Аленке. В ее теплых объятиях немного отдохнуть. Чер-р-рт!
Собственное счастье отдал другому, сам и возвращай теперь, Рома.
Хрен Мышка меня к себе близко подпустит. Для этого постараться надо. В первую очередь доверие вернуть. Она ни в одном моем слово не сомневалась.
С головой ныряю в работу. Нужно как-то отвлечься, но рука все еще чешется. В зал бы пойти, выпустить пар. Кирилла не хватает. Хороший он боец. Составил бы мне компанию. Да только здесь, в столице, кроме Алены и мамы, у меня никого нет. Хотя бы дома еда будет теперь. Да и с ума не сойду в одиночестве.
Не знаю, который час, но отвлекаюсь на телефонный звонок. Неизвестный номер.
— Здравствуй, Рома. Тебя Оля беспокоит. Нам поговорить надо.
— Да.









