4
0Даже если трансляция возобновится, велика вероятность, что за это время кто-то из патрульных проехал мимо могилы, но теперь они об этом не узнают. Фостер делал все возможное для координации поисков – каждый раз, когда прекращался прямой эфир, приказывал остановиться и патрульным: но в поисках Джулиет участвовали уже четырнадцать полицейских машин с орущей из динамиков музыкой, и слаженно действовать им становилось сложно.
Что еще хуже, диспетчерская разрывалась от телефонных звонков. Граждане Сан-Анджело, тихим воскресным утром разбуженные музыкой на полной громкости, вовсе этому не обрадовались и принялись дружно набирать 911. Вперемешку с ними звонили перепуганные люди, наткнувшиеся на видео с Джулиет. Пробиваться через все это и продолжать координировать поиски было все труднее. Лейтенант Дженсен, появившийся в участке часом раньше, вызвался решить эту проблему, но, по мнению Зои, только ухудшил ситуацию.
– Снова пошло! – воскликнула Бентли.
На экране появилось лицо Джулиет. Она лежала с закрытыми глазами; грудь вздымалась и опускалась.
– Там музыка! – сказал Фостер. – Слышите?
Музыка уже стихала, однако он был прав; на видео определенно звучал слабый, но размеренный и ритмичный звук басов.
– Что за песня? – спросил Тейтум.
Зои прислушалась, напрягая все силы, чтобы различить ритм и сопоставить с чем-то, ей известным.
– Это… какой-то рэп, кажется?
– Подождите, – сказал Фостер. – Сейчас запрошу у диспетчера список песен.
Все уставились на нее.
Фостер схватил микрофон переносной рации.
– Диспетчер, это пять-тринадцать. У кого играет Гуччи?
– Пять-тринадцать, диспетчер. Вызываю машину девять-ноль-два.
– Принято. Где находится?
Радио затрещало, а затем сквозь треск помех прорвался второй, мужской голос:
– Пять-тринадцать, это девять-ноль-два. Я на Саут-Барма-роуд, примерно через минуту буду на Арден-роуд.
– Пять-тринадцать, подтверждаю.
– Девять-ноль-два, это пять-тринадцать. Развернитесь и двигайтесь в обратном направлении. Я скажу вам, когда остановиться.
– Принято, пять-тринадцать, начинаю движение.
Фостер с облегчением выдохнул.
– Диспетчер, это пять-тринадцать.
– Направьте людей с радаром и кинологов в расположение девять-ноль-два.
– Пять-тринадцать, поняла.
Фостер приглушил громкость рации, из которой доносился голос диспетчера, отдающего новые распоряжения кинологам.
– Вот так. Где он сейчас?
– Дорога здесь. – Лайонс показала на карте. – И вот тут, рядом, участок почвы Тулия. Похоже, все сходится.
– Отлично! – сказал Фостер. – Теперь, как только услышим музыку…
– Эфир прервался, – объявила Зои.
Убийца не сводил глаз с кнопки трансляции, стоящей в положении «выключено». Сердце отчаянно билось. Его поразила новая ужасная мысль.
