Запретная нота

Меня не удивляет, что ей удалось подражать богатым людям, пробыв среди них меньше года.

Мама ставит чашку на место, и она звонко бьётся. Повернувшись ко мне, проводит рукой по своему твидовому пиджаку.

— Знаешь, что тебе нужно?

Я застонала, потому что уже догадываюсь, к чему приведёт этот разговор.

Мама вздергивает брови.

Закрываю глаза. И тут же пара опасных голубых глаз пронзает темноту.

— Красивый. — Добавляет мама.

Я вижу тело, вылепленное как бесценная скульптура.

— Тот, кто заставляет твое сердце биться.

Желание, которое я так старательно пытаюсь сдержать, просачивается в каждую вену.

Зейн, чёрт возьми, Кросс.

Я все ещё чувствую его на себе, мощные, напряженные мышцы, сжимающие мои руки. Татуированные пальцы разминают мягкую плоть моего бёдра. Голубые глаза, потемневшие от вожделения, даже когда он насмехался над моей попыткой отстраниться от него.

И все же я думаю о нем в присутствии матери.

— Тебе нужен сильный, способный мужчина. Желательно юрист или врач.

Мысленно я вижу, как мозолистые руки Зейна сжимают барабанные палочки и крутят их.

— Кто-то старше тебя. Очевидно. Только так ваши интересы совпадут.

Я вижу, как Зейн ухмыляется, глядя на меня, высокий и внушительный. Отвратительно обаятельный, даже с улыбкой с оттенком опасности.

Мама дразняще подталкивает меня в бок.

— Видит Бог, ты старая душа. Никто в твоём возрасте не подумает, что читать книги в пятницу вечером вместо того, чтобы пойти на танцы, — это весело. — Она закатывает глаза. — Так что тебе нужен хороший мужчина постарше, который не будет стремиться к быстрой жизни.

Все, что говорит мама, противоположно Зейну.

Он не тот мужчина, которого я должна искать.

Закрывать с ним двери в классе.

Проблема в том, что мне приходится таскаться по школе, читать лекции, испытывая дискомфорт и сожалея о том, что я не ношу в сумочке запасные трусики.

Наверное, мне стоит это сделать, если Зейн снова загонит меня в угол.

Не то чтобы он это сделал.

Не то чтобы я позволила.

— Тебе следует сосредоточиться на собственном браке. А не пытаться устроить мой. — Бормочу я, поднимая свою чашку.

У меня светло-коричневая кожа, и я не могу покраснеть, но все равно чувствую себя неловко. Как будто мама видит, что я думаю о своем сводном брате.

— Ты слишком придирчива. — Говорит мама, делая вид, что не слышит меня. — Тот мальчик со спортивной машиной? Как его звали? Он был таким милым.

— Гарри Уинстон Третий?

Претенциозный наследник корпорации забрал меня из школы несколько месяцев назад, управляя громким, несносным кабриолетом.

Я натянула на лицо улыбку и запрыгнула в машину ради мамы, но свидание не стало лучше после этого драматичного входа. В нем не было ничего особенного, кроме богатства, и мне было до смерти скучно.