6
0Вывод: если убийца разворачивался через правое плечо, то он бы не заметил фотографию на столике, она бы оставалась у него сбоку, вне поля зрения.
В абсолютной тишине зазвонил телефон. Я вздрогнул от неожиданности. Все-таки неприятно находиться вдвоем с трупом в пустой квартире. Волей-неволей сердце сжимается от любых посторонних звуков, а тут — телефон!
«Я вчера звонил Лебедевой на этот телефон. Интересно, сохранился ли мой звонок на ГТС? Если да, то мне придется как-то объяснять, о чем я хотел поговорить с ней накануне ее убийства… Брать трубку или нет?»
Звонки прекратились.
— Андрей, ты гильзы не искал? — спросил вернувшийся в квартиру Мелкумян.
— Какие гильзы? Я тут стоял, у дверей. Никуда не проходил, ничего не трогал.
— Андрей, скажи мне, только честно, откуда ты знал, что у нее шесть пальцев? — очухавшийся после очищения желудка Мелкумян стал чрезмерно подозрительным.
— Эдик, у тебя сегодня мозги не работают? Ты наклонись и посчитай, сколько у нее пальцев на руке.
— Не надо врать! — взвизгнул он. — Ты сразу же сказал, что у нее шесть пальцев на левой руке, а не на обеих руках.
В подъезде хлопнула входная дверь, сразу же стало шумно. К нам поднимались по лестнице несколько человек.
— Сейчас начнется! — успокоился Мелкумян. — Сейчас сюда приедут все на свете, кому сегодня делать нечего.
Первым в квартиру вошел высокий широкоплечий мужчина лет примерно пятидесяти, лысоватый, кареглазый, с тяжелой нижней челюстью. Полковник Николаенко. Я сегодня мельком видел его в областном УВД.
— Что здесь случилось? — Николаенко по-хозяйски прошел к убитой, наклонился и в ужасе отпрянул.
«Ого! — мелькнула мысль. — Он ожидал здесь увидеть кого угодно, только не Лену Лебедеву!»
Медленно выпрямившись, не поворачиваясь к нам лицом, полковник достал из заднего кармана брюк носовой платок, неспешно отер пот со лба.
— Личность убитой не устанавливали? — спросил он спокойным ровным голосом.
— Вот он откуда-то ее знает, — сказал Мелкумян.
— Кто он? — развернулся к нам Николаенко.
— Я, товарищ полковник. Я учился с ней в одном классе.
В квартире повисла неловкая пауза.
«Началось! — невесело подумал я.
— Давно вы вместе учились? — спросил Николаенко.
— Мы окончили десять классов в 1978 году. После школы я уехал учиться в другой город и больше ее не видел.
О том, что я встречался с Лебедевой летом 1979 года, я умолчал. Что было тем летом, касалось только меня и ее, и я не собирался посвящать посторонних в наши отношения. Мы одноклассники — для всех этого будет достаточно.
