Замуж за незнакомца

Есть мои ребята, которые за меня смело положат жизнь. Есть Захар. Что ещё надо такому, как я? Но вышло так, что я женился, пусть и не по собственной воле, и теперь загруженные в мозг программы безбожно сбоят, выдавая ошибку.

– Кирилл, что будет в загородном клубе?

– В нём будет безопасно для тебя. Это моя территория, на которую посторонним хода нет.

Тина кивает. В глазах нет страха, но надежды много. Пусть Архипов и ограждал её от грязной правды, но моя жена – не нежный цветок, она сильная. Она справится со всем.

Её губы после ночи распухли и покраснели, и их до одури хочется целовать.

Тяну хрупкое тело на себя. Чуть слышно охает и оказывается на моих коленях, крепко уцепившись за плечи. Стройная и нежная, слишком красивая и добрая для этого дерьмового мира, в котором мы с ней родились.

Прижимается ко мне лбом, тихонько дышит, щекоча нос, и дрожит под моими пальцами. Только не от возбуждения, от напряжения скорее.

Ей трудно, но пока Алиев жив, даже я не могу дать стопроцентных гарантий.

– Всё будет хорошо? – спрашивает тихо.

– Будет, – киваю, а машина останавливается у загородного клуба. – Приехали.

Клуб находится в глухом месте, вокруг только лес, чуть дальше озеро и посторонних тут практически не бывает, а гости в основном приезжают по специальным приглашениям. Только Архипов пришёл сюда без спроса и запустил цепочку, на поверку оказавшейся бикфордовым шнуром – вот-вот всё взорвётся к чёрту.

Я не говорил ничего Тине, но я дал распоряжение своим парням прощупать, где сейчас её отец, только бесполезно. Архипов вроде бы есть, только неуловимый, почище всадника без головы.

Не нравится мне это.

В клуб мы попадаем через чёрный ход.

Тина вертит головой, рассматривает интерьер, любуется плодами дизайнерской мысли, а я провожу её в жилую часть. Там, под надёжной охраной, ей ничего не угрожает.

– Клуб закрыт на неопределённое время, – говорю, вручая ей ключи от комнат. – Сейчас у меня собрание в кабинете, если проголодаешься, кухня работает.

– Я не знаю, – не вру, и Тина кивает, обнимая себя за плечи. – Не бойся, тут безопасно.

– Я не боюсь, – тоже не врёт и даже улыбается. – И здесь красиво. Пока каждую финтифлюшку рассмотрю, вечер наступит.

– Если шутишь, значит, справишься, – притягиваю её к себе, по щеке глажу, рукой по рёбрам провожу, а Тина морщится.

 – Что, от моей нежности синяки выступили?

Тина краснеет и, уткнувшись носом мне в грудь, глухо смеётся.

– Да уж, от твоей нежности можно в неотложку загреметь, но…

– Тебе понравилось, – констатирую факт, а Тина трётся лбом о мою рубашку.

Разговор о прошедшей ночи хоть немного улучшил в край дерьмовое настроение. Ночью было хорошо, а синяки… ну вот такой я. И то, сдерживался, как мог, чтобы неопытную девчонку не испугать.