Замуж за незнакомца

Кирилл проводит пальцами по рёбрам, опускается передо мной на колени и, порочно глядя в глаза, заставляет рухнуть спиной на кровать. Охаю, а мои ноги уже в его хватке, разведены в стороны до пределов.

На мне всё ещё трусы, но Кирилл умудряется избавить от них в считанные секунды – я даже не понимаю, как остаюсь абсолютно голой.

– Никогда такой красоты не видел, – говорит, посылая разряды тока от влажных губ до самого сердца.

Затем он… мамочки, он лижет меня. Касается языком самого чувствительного места, медленно и восхищённо, нежно до чёртиков.

Из меня рвётся стон, а неведомая сила подбрасывает тело.

Меня пронзает насквозь, а тёплый и влажный язык скользит между складок, затрагивая самые потаённые места, о существовании которых даже не догадывалась.

– Я хочу, чтобы ты знала: я ничего от тебя не жду, – говорит, снова касаясь языком, скользя вдоль, рождая во мне неконтролируемые хрипы. Кирилл задерживается на клиторе медленными, сводящими с ума, восхитительными кругами. – Но я сразу понял, что ты будешь моей. Целиком и полностью.

– Когда понял? – выдавливаю из себя, всю свою волю концентрируя в нескольких словах.

– Как только увидел тебя.

– Тебя. А теперь чувствую твой вкус, вкус твоей кожи, – Кирилл скользит пальцами внутрь меня и боже, я задыхаюсь, запрокинув голову назад, и стону от удовольствия. – Каждый миллиметр твоего тела.

– Кирилл, – выгибаюсь дугой, когда его язык находит особенно чувствительные точки. Почти скатываюсь за край, но Кирилл каждый раз ловит меня, отстраняясь.

– Теперь ты на кровати, передо мной. Распахнутая и готовая. Ты уже почти готова…

– К тому, чтобы принять меня. Мой член в себя, меня всего.

Готова ощутить, что такое – быть моей женщиной до остатка.

Он снова лижет меня. Быстрее, яростнее, посасывая и скользя пальцами внутрь и наружу. Я такая скользкая, такая мокрая, и мне кажется, что я сойду с ума от удовольствия.

– Я могу дать тебе это, – говорю, сама, не отдавая отчёт в своих словах.

Просто так чувствуется. Так ощущается, и слова сами по себе рвутся наружу, мне неподвластные.

– Ты точно к этому готова? – вопрос, как выстрел, гремит в голове. Готова ли я?

– Да, да. Да! Тысячу раз «да»!

– Но ты уверена? – издевается, погружая свои пальцы внутрь, почти лишая девственности одним только прикосновением.

– Я ненавижу тебя, – выдыхаю, толкаясь вперёд. Мне мало лишь языка и прикосновений. Мне нужно больше.

Не вынимая из меня пальцев, Кирилл нависает сверху. Дрожу, ёрзаю под ним, и тёплые губы накрывают мои в жёстком поцелуе. По телу проходит судорога, я дрожу целую в ответ.

Когда Кирилл, как самый настоящий змей-искуситель, снова целует и терзает мои соски, почти кричу, что готова ко всему.