Замуж за незнакомца

Только внимательнее смотрит на меня, слегка губу закусив. Кивает, готовая выслушать, а я снова шумно выдыхаю, усмиряя бешеное биение сердца.

– Что тебя, дорогая моя жена, связывает с Рустамом Алиевым?

Моргнув удивлённо, взмахивает пушистыми ресницами и глаза округляет. Они у неё тёмные, глубокие, чистые очень. Им так хочется верить.

– Чего ты ждёшь? – головой дёргает, я опускаю руку и закладываю в карман, чтобы случайно ничего не разбить. – Я не понимаю, что за вопросы у тебя. Кто это вообще?

– Сын Тимура Алиева, – напоминаю, а Тина хмурится.

– Это который с папой постройкой здания речного вокзала занимался? – хмурится, бросая купальник на кровать.

– Ну, я видела его пару раз – Тимура этого, – уверенно кивает своим мыслям. – Ни о каком Рустаме я знать не знаю и не слышала ни разу.

Тина чеканит слова, глядя прямо мне в глаза. Кромка губ побелела, как бывает всякий раз, когда моя жена рассержена.

– Верится с трудом. Рустам – фигура в тусовке приметная. В любом клубе его знают, как родного.

– А я тут каким образом замешана? – фыркает и смотрит на меня, как на дурака. – Какое отношения я имею к клубным тусовкам? Если ты забыл, я как бы не самая главная тусовщица столицы, и уж точно не знаю никакого Рустама.

Тина не орёт и не топает ногами, пытаясь мне что-то доказать. Она просто щурится сильнее, а крылья носа трепещут, выдавая её с головой.

– Отойди, – просит и быстрым шагом направляется к ванной, но я оказываюсь быстрее.

– Вот только не надо детского сада с прятками за закрытой дверью, – рявкаю, ловя Тину и входа в ванную.

Подскакивает на месте, когда хлопаю рукой по стене, отсекая ей пути к отступлению.

– Я просто хочу в туалет! – взвизгивает, когда перехватываю рукой её живот и в воздух поднимаю, словно тряпичную куклу.

Такая лёгкая, или я настолько злой, что габаритов не вижу?

Так, надо тормознуть.

– Туалет в другой комнате, – заявляю мстительно, а Тина рассерженно фыркает, дёргая ногами в воздухе и впиваясь ногтями в мою руку.

– Руки помою. Пусти!

– Нет, – качаю головой, хотя Тина не видит меня. Она борется за свою независимость и свободу, только разговор ещё даже близко не закончен.

– Ты не имеешь права! – металлом в её голосе убить можно, но на меня такие штучки не действуют. – Не трогай меня, Раевский! Руки убери! Ненавижу! Ты не имеешь права намекать, что я с кем-то шашни кручу.

Она злится, а я лишь крепче к себе прижимаю. Зарываюсь носом в тёмные волосы на макушке, вдыхаю особенный сладкий аромат, и голова кругом идёт. Член стоит колом, и эта реакция пугает даже меня.

Я ревную её дико. Только представлю, что Рустам мог коснуться моей Тины, пелена перед глазами.

– Я убью Рустама, – обещаю. – Если он только посмотрит на тебя, я ему горло вырву.