Замуж за незнакомца

В какой момент мне стало важно, чтобы эта женщина была не только на людях моей? Чтобы все видели, что она на самом деле принадлежит мне – своему мужу? Своему мужчине? Не помню. Может быть, на свадьбе. А может, когда впервые увидел её в домашнем платье, с упрямо вздёрнутым носом и сжатыми в тонкую бледную линию губами? Не помню.

Я целую её со всей своей яростью, потребностью в ней и жаждой. Она снова стонет, цепляется за мои плечи и, качнув бёдрами вперёд, доводит меня до той самой черты, за которой уже не смогу остановиться.

Так, стоп. Если я не хочу сломать её, мне надо остановиться.

Но как это сделать, если стройные ноги в чёрных чулках обвивают мою талию?

Несильно толкаюсь вперёд, из последних сил держа своих чертей на привязи. Мне нельзя их спускать, я должен быть терпеливым. На хер это всё! Самоконтроль и выдержку на хер. И черти рвутся, зверея, но я в последний момент успеваю натянуть поводок.

– Я хочу тебя, ясно? – говорю, кусая её за плечо. – На своей кровати. Покорную, готовую. Согласную принять меня.

– Я не знаю, я не смогу… – бормочет, дрожа и извиваясь, доводя меня до исступления своими неумелыми и неловкими действиями.

Чёрт, девственница. С ума сойти. До сих пор не могу поверить, что такая красивая и сексуальная женщина смогла сохранить себя в том дерьме, которое окружало её с детства.

– В сексе нет ничего такого, чтобы не смочь, – говорю, ловя её мутный взгляд. – Но ты должна захотеть его не из-за благодарности или страха, не потому что считаешь себя обязанной. Ясно тебе? Мне не нужно, чтобы ты унижалась и терпела боль из-за глупости.

Я снова злюсь, и приходится задержать дыхание и, уперевшись лбом в плечо Тины, закрыть на мгновение глаза.

– Я никогда и ни с кем не хотела секса, – признаётся очень доверчиво. – Я даже… я даже порно ни разу не смотрела.

Краснеет, глаза отводит, а на голой груди мурашки.

– Ты немного потеряла, – смеюсь, расслабляясь. – На практике секс намного лучше.

– Господи, откуда в тебе столько неуверенности? – снова злюсь. Провожу пальцами по её скулам, по глазам прикрытым, брови очерчиваю, разглаживаю мягкую складку на переносице. Тина дрожит, будто вот-вот упадёт, и сильнее за мои плечи держится.

– Я не знаю. Я вообще ничего не понимаю, ни-че-го.

– Тут нечего понимать. Мы взрослые люди, которые до одури хотят друг друга. Это просто, Тина. Поверь мне.

– Но мы не любим друг друга.

Как удар хлыста, и в глазах мелькает что-то похожее на сожаление.

– Откуда ты знаешь, что такое любовь? В книжках прочитала? – усмехаюсь и, протянув руку, беру со стола недопитый виски. Делаю жадный глоток, но пожар в горле только усиливается.