Замуж за незнакомца

Проклятая перегородка поднимается медленно. Кажется, что теряю драгоценные минуты, которых и так мало.

– Кир! – орёт Тина. Она стоит на коленях, грудью прислонившись к спинке сиденья, рукой в стекло тычет. И без того большие глаза сейчас просто огромные.

Одного беглого взгляда достаточно, чтобы понять: легко не отделаемся. Сейчас мы на пустынном участке трассы, и отсюда очень легко выехать прямиком на тот свет.

– Тина, ложись! – рявкаю, а Тина ойкает и без лишних споров сползает на сиденье, укладывается лицом вниз, голову руками накрывает. – Молодец, девочка.

Я не жду, когда перегородка поднимется полностью: лезу в образовавшийся просвет, Илья сдавленно ругается и уводит машину ближе к обочине.

Я снимаю пиджак, он едва не трещит по швам, и бросаю кусок плотной ткани назад.

– Прикройся, – приказываю, и Тина без споров поднимает пиджак и накидывает на голову. Замирает, прикинувшись ветошью.

– Илья, через Очаковскую. Поворачивай!

Илья резко выкручивает руль, ни о чём не спрашивая, с совершенно бесстрастным выражением лица делает, как велено, и вскоре мы проносимся мимо одного из гипермаркетов Акулова – последнего «живого» здания на этом участке дороги.

Тут торгуют стройматериалами, и поздним вечером огромный магазин выглядит зловеще.

В зеркале дальнего вида машина охраны, оставляя чёрные метки на асфальте, пытается выщемить с дороги машину преследователя – тонированный внедорожник, наверняка ещё и бронированный. Номера заляпаны грязью, а стёкла до смешного непроглядные.

Я не знаю, кто этот смельчак, но он всё ближе.

– Тина, на пол. Живо!

Сердце грохочет, в ушах ощущение, что вплотную подошёл к водопаду – кровь ревёт, пульс бьётся в каждой клетке.

Я попадал в разное дерьмо, но ни разу не попадал в него вместе с хрупкой женщиной. Угораздило вляпаться в сказку под названием “семейная жизнь”.

– Ой, – раздаётся звук мягкого падения. Хорошо, что машина просторная, и на полу Тине хватит места.

Илья бьёт по газам, машина ускоряется, визжа шинами на каждом повороте. Даже, когда выезжаем на третий спуск, скорость не снижается, и мы буквально слетаем вниз с пригорка.

– К перевалу дуй, быстро! – я не ору, но едва сдерживаюсь, чтобы не вырвать у Ильи руль, не спихнуть его куда-то в сторону и не повести самому.

Руки сводит от желания ухватиться за руль, но сейчас Илья лучше справится с этой задачей. Я слишком злой. Да, бляха, я в ярости!

Я смотрю назад. Темноту прорезает свет фар, а это значит, что гонка ещё не закончена. Кто, мать его, это такой? Кто послал этих уродов?

На железнодорожном переезде нас «принимает» ещё одна машина, забитая моими людьми, а ребята на втором внедорожнике едут на помощь команде Игоря. Они разберутся – мои парни знают своё дело.

Мы оказываемся в промзоне. Здесь темно и пустынно.