Замуж за незнакомца

За окнами проносятся деревья, кусты, обочина превращается в длинную пёструю ленту, и я зажмуриваюсь, чтобы не стошнило.

– Потому Илья меня редко за руль пускает, – в голосе слышится усмешка.

– Потому что ты самоубийца?

– Лихач, – кивает, а на лице всё ещё ни единой эмоции.

От него волнами исходит напряжение – кажется, протяни руку и коснёшься толстой стены, сквозь которую не пробиться. Сейчас мне открывается новая грань личности этого мужчины – жёсткого и жестокого, сконцентрированного и взрывоопасного.

– Тебе хватит, чтобы рассказать, – напоминает, а я ёрзаю на сиденье.

Смотрю строго вперёд, губу закусываю, не зная, с чего лучше начать, чтобы не запутаться окончательно, а щёку обжигает пристальный взгляд. Мы как раз останавливаемся на выезде перед шлагбаумом, а палка поднимается вверх целую вечность. – Тина…

– Не дави, пожалуйста! – гневно вскрикиваю и оборачиваюсь к Кириллу, но он опять топит в пол педаль скорости и мчит вперёд. – Ты нас убьёшь, безумный!

– Нет, – безоговорочно и категорично. – Ладно, я понял. Тебе нужен допинг.

Безошибочно ориентируясь на пустой дороге, Кирилл сворачивает вправо и через незаметную с первого взгляда дорожку выезжает прямиком к небольшому магазинчику.

На вид это просто кирпичная коробка, довольно потрёпанная временем, над железной дверью висит выкрашенная синей «подъездной» краской вывеска, на которой крупными буквами написано название – «Екатерина».

Господи, будто специально.

Мы здесь – единственные посетители на четырёх колёсах, а из транспорта ещё есть приставленный к кирпичной стене велосипед и почему-то лыжи. Кто в это время года, когда лето только-только вступает в права, может ходить на лыжах?

– Выходи, – Кирилл распахивает дверцу, нависает, загораживая массивной фигурой мир, и смотрит на меня сверху вниз.

– Я тебя решительно отказываюсь понимать.

В ответ Кирилл лишь хмыкает, на лице впервые проступает эмоция, но она так быстро прячется за непроницаемой холодной маской, что не успеваю её считать.

Кирилл протягивает мне руку, я подаюсь вперёд, вылезаю из машины. Муж не торопится идти. Между нами расстояние – какие-то жалкие миллиметры, и я чувствую сквозь слои нашей одежды, какое горячее тело у Кирилла.

Прикладываю руку к его груди, сердце бьётся гулко, сильно, и это биение судорогой течёт по моей кисти, по предплечью, в локоть. Кирилл кладёт ладонь поверх моей, сжимает крепко и, развернувшись, тащит за собой в магазин, а я едва поспеваю.

Внутри сумрачно, пахнет мучной пылью, пролитым пивом и конфетами. Жмурюсь, привыкая к освещению, а Кирилл подводит меня к стойке, уставленной коробками со сладостями, и указывает рукой на стеллаж за спиной полноватой блондинки в цветастом платье и переднике.