Чёрная сова

Если бы он сам, в безумном бреду, набил чайник снегом, натопился бы стакан.

Терехов погулял лучом фонаря по чуму: спрятаться негде! Пространство куда меньше ванной комнаты, а из вещей — распотрошённые рюкзаки да два спальника. Под шкуры на полу не залезешь, за алюминиевый шест, притянутый «липучкой», тоже. Остаётся продых вверху, но там не то что сова — синица едва протиснется: на дымовую трубу надето жестяное кольцо, чтобы ненароком шкуры не загорелись.

Пить он не хотел, жажда улеглась, и всё равно налил кипятка в кружку и выпил маленькими глотками, отдувая жар. Кажется, вода как вода, может, чуть сладковатая, без всяких привкусов... Потом он обследовал вход и, склонный к следопытству, всё-таки решил, что Алефтина была, и не влетела белой совой — приходила через вход. Если закрывать клапаны снаружи, то неудобно насаживать на «липучку» ненужную зимой противомоскитную сетку, всё время кривятся и срываются её края. Это изнутри захлопнул её, прижал — и всё намертво. Значит всё-таки это не бред! Она была в чуме и поила его, но куда и почему ушла?

И тут он стряхнул остатки сна: конечно, нашла портал! О чём и сказала, только благородно поставила это ему в заслугу. Чёрная сова нашла портал и теперь уходит в параллельный мир, как к себе домой. Полночи полярной ночи ещё нет, двери открыты, можно ходить туда-сюда...

Но ведь это же всё бред! Порталов нет, не бывает! Ни на Укоке, ни на Путоране! Их быть не может в принципе, иначе бы не строили ракет, космических станций, люди бы с древности ими пользовались, как пользуются дверями, лестницами, лифтами. С того света — и то никто ещё не возвращался, а если кто говорит об этом, то врёт или больной. Может, и существует параллельный мир, но при жизни вход туда заказан. И в этом вся мудрость и прелесть земного существования в реальном мире: нечего шастать туда-сюда!

Алефтина его разыгрывает, манежит, вводит в заблуждение, чтобы оправдать свою заумь, слепоту, свадебное путешествие, наконец! Это её вынужденная игра, возможно, неосознанная: выкопала где-нибудь нору в снегу и сидит больше суток. В долганском наряде можно и дольше просидеть."

"Но тогда что за вспышка была над её чертогами? Откуда взялось космического плана дымное кольцо, вытянувшееся в протуберанец? Когда Терехов добрался до её бункера, увидел это кострище: чуть ниже входа в штольню зияла воронка диаметром в двадцать метров, камень оплавился, глина спеклась в кирпич, словно ракету отсюда запустили или взорвали небольшой ядерный заряд. Даже если на складах бункера остался артиллерийский порох или взрывчатка, всё равно такого взрыва не устроить, кострища бы такого не получилось. Взрывной волной смело бы портал чертогов, вышибло все перегородки и двери, завалило камнями.