Выбирай

Алие я так и не могу дозвониться, и даже его сестра Таша, чей номер у меня сохранился с момента приглашения на выставку, молчит.

Ближе к вечеру, когда вариантов совсем не остается, я еду за город к дому родителей Макса. Вызываю такси и заскакиваю в машину, нервно отстукивая каблучками.

Это неправильно, нельзя их напугать. Но каким-то образом выяснить, знают ли они, где их сын и не выходил ли он на связь, я должна.

Не представляю, на каких запасах сил я держусь и не валюсь еще от усталости, но остановиться не могу. За окнами такси проносится ночной город, и он прекрасен своей прохладой после знойного дня.

В ушах на всю громкость на повторе кручу ту самую группу, которую мы с Максом однажды слушали в машине. Зря. Очень зря. Воспоминания только раздувают еще больше огонек, что поселился внутри. Глотаю молчаливые слезы, стараясь заглушить внутренний голос, то и дело нашептывающий плохое предчувствие.

Из такси у коттеджа Гаевских выхожу, когда на улице начинает накрапывать дождь. Под мелкими каплями осеннего дождя, пробирающего до самых костей, подхожу к воротам и стучу. Громко, настойчиво.

А меня уже начинает трясти. Но отнюдь не от холода, а от страха и боли, что плещется внутри, накрывая волнами отчаянья. А что, если с Максом и, правда, что-то случилось?

По щекам катятся слезы, и я крепче обнимаю себя руками, потому что холодно. Мерзну в этом огромном городе без него.

Спустя почти десять минут и десятка звонков в домофон ворота открываются и выглядывает парень из службы охраны.

– Чего вам? – совершенно недружелюбно, но состояние такое, что мне плевать.

– Ксения Степановна или Александр Маркович дома? Мне нужно их увидеть, я невеста их сына, – тараторю заплетающимся от холода языком, но парень в черном костюме машет головой.

– Улетели, сегодня утром. Семейные обстоятельства, – и захлопнул дверь буквально перед моим носом.

Семейные обстоятельства? Что за семейные обстоятельства?!

С ним что-то случилось. С ним точно что-то случилось!

Как добираюсь до дома, не помню. Все словно в пелене тумана, а в голове звенящая пустота, тогда как сердце вопит.

Закрываю дверь, отрезая себя от улицы, на которой бушует ливень, и сползаю по стенке в коридоре. С меня вода ручьем, хоть выжимай.

Что делать? Куда идти дальше? Почему все молчат? Где Макс?!

Вопросов столько, но ответов нет.

Зато когда через час раздается звонок, моя Вселенная снова пошатнулась.

– Кати, – голос Стельмаха. Да такой, что сомнений нет: что-то случилось.

– Артем?! Где ты?! Ты знаешь, где Макс и почему он молчит? Я звоню, а он не берет трубку… – начинаю тараторить, как сумасшедшая, подскакивая на ноги и меряя шагами длинный коридор. Но Стельмах не торопится отвечать на мои вопросы. – Артем?..