Выбирай

Легонько, в висок, и прошептать то, что и сам сегодня надеялся услышать:

– Люблю тебя, детка.

Просыпаюсь от того, что пусто и холодно в кровати, хоть я и накрыта одеялом. Сопровождаемые легкой головной болью, воспоминания о вчерашнем вечере начинают медленно возвращаться. Как оказалась дома, не помню, но нетрудно догадаться, кто меня забрал из того шумного и душного бара.

Помню урывками, как он усадил в машину. Сквозь сон помню, как тепло и уютно было в его руках, пока нес домой. И смутно… словно сквозь пелену тумана помню слова…

Неужели Макс…? Да нет.

Испугавшись своих мыслей, открываю глаза и, вглядываясь в утреннюю серость комнаты, вижу, что сторона Макса пустует, затем слышу шум в душевой. Прежде чем соображаю, что делаю, выползаю из-под одеяла и тихонько, на носочках, крадусь к нему. Подглядывать? Нет. Словно тянут за невидимую веревочку прямо туда. К нему. В запотевшую от пара душевую с темно-коричневой плиткой. Под горячие струи воды.

На цыпочках прохожу через ванную и наслаждаюсь очертаниями сильного мужского тела за запотевшей перегородкой душа. Рельефные мышцы, идеальная спина с тату, к которой так и хочется коснуться. Поцеловать и провести ладошкой по каждому изгибу и разветвлению рисунка.

Макс стоит спиной, запустив ладони в мокрые волосы и подставив лицо под ниспадающие струйки воды. Он не видит меня, но когда я приоткрываю прозрачную дверцу, впуская холодный воздух, вздрагивает и бросает короткий взгляд из-за плеча. Хочет что-то сказать, но я не даю. Обхватываю за талию, проводя по мокрой скользкой коже, пробегая пальчиками по кубикам пресса и укладывая ладошки на груди, в которой бешено бьется сердце. Гулкое и быстрое тук-тук-тук… в едином ритме с моим.

Целую между лопаток и прижимаюсь к его разгоряченному телу.

– Ты чего не спишь? – слышу хриплое, и Макс стоит без движения. Словно боится спугнуть.

– Не хочу без тебя… – говорю абсолютную правду и обхожу его, заглядывая в потемневшие от желания глаза. Намокаю под потоком воды и улыбаюсь, встречая его немного растерянный взгляд, когда веду указательным пальчиком вдоль его шеи, по венке, ключицам, груди, очерчивая каждую впадинку мощного торса и спускаясь ниже к его возбужденной от моих действий плоти.

– Сумасшедшая, – улыбается Гай, наклоняясь, – больше ты без меня никуда не пойдешь. Я чуть с ума не сошел, – сжимает ладошкой мою ягодицу этот невероятный мужчина. – Трубки брать не учили?

– Ой-ли, – смеюсь такой уверенности в голосе. – Я, может, хотела спрятаться.

– Ой-ли? Спряталась? Нет, это, конечно, потрясающее зрелище – пьяненькая ты, но только исключительно наедине со мной.

– Запрешь дома? – выгибаю бровку и хмурюсь, но он в ответ только смеется, тут же целуя в губы.