Выбирай

Что там было? Георгины, пионы, да, мам?

– Вот отец и сын, ну, просто полное единение! Правильно говорят: от осинки не родятся апельсинки, – возмущенно восклицает маман, наигранно дуя губы. Кати молчит и только с интересом наблюдает за нашей обычной, исключительно “доброй” перепалкой, тихонько посмеиваясь. Да уж, это со стороны мы все серьезные и собранные, внутри своей семьи ветра в голове и детства в одном месте у всех предостаточно. – Никакой мне поддержки в этой мужской семье! Никакой женской солидарности. Все язвите и язвите… эх, мужчины.

– Надо было рожать дочь, – подмигиваю матушке и каждой клеточкой ощущаю на себе заинтересованный взгляд невероятных карих глаз.

– Так я хотела, а получился ты. Идеальная копия отца. Думала, рожу девчонку, – ближе подходит мама к Катерине и понижает голос, шепчет якобы “о своем, о девичьем”, – буду для малышки цепочки, колечки, безделушки делать. О-о-х, деточка, знаешь, сколько у меня было планов, когда еще в животе лялька сидела? Я продумала все-все-все до мельчайшей детали! До последнего просила врачей не говорить мне пол ребеночка. Вот как чувствовала, что там совсем не девчачьи ножки пинаются! И… – машет головой мама. – Что вышло? – укоризненно смотрит на меня мать, поджимая губы.

– Что? – смеюсь, нисколько не сомневаясь, что все эти ворчания Ксении Степановны Гаевской наиграны и не что иное, как шутка. Любит она меня так сильно, насколько это вообще возможно. Знаю, чувствую и безмерно ей благодарен за это.

– Запонки и часы. Все.

– Ну почему же, – смеется Кати и, наклоняясь к маме, что-то шепчет на ушко. Да так тихо, что мы с отцом удивленно переглядываемся и стремительно теряем позиции в нашей сугубо мужской семье. Кажется, мама за пару минут умудрилась завоевать полное доверие девушки.

– В общем! – откашливаюсь, перебивая их увлеченный диалог. – Думаю, ты поняла, детка, что у моих родителей собственный ювелирный бизнес, – настойчиво встреваю, когда начинаю ловить на себе уж очень хитрые взгляды матери и моей потенциальной "девушки". – Заканчивайте, дамы, – легонько щиплю Кати за мягкое место и смеюсь от ее удивленного “ой”.

– Кхм… Да, поняла. Очень здорово! То есть все экспонаты, что на продаже…?

– Да, это их ювелирного дома. Хочешь шампанского? – примечаю бегающего рядом официанта и машу рукой, подзывая к нам.

– Кати, – подхватывает девушку под другой локоток мать, – можно я к вам так, по-свойски? Чай, не чужие… – ох, мама! Выпалила и испуганно смотрит на меня, а я на девушку, которая, надо отдать должное, виду не подала, что услышала.

– Можно, не люблю, когда обращаются по полному имени. Чувствую себя странно.

– Катя? – переспрашивает, и на мгновение маска расслабленности дает слабину, девушка морщится. – Так не люблю вообще.