0
0Я понимаю…я чувствую все то же самое. И ненависть его к этой мрази разделяю, только не это сейчас самое важное.
— Кто такой Кристиан?
— Почему я о нем никогда не слышала?
— Потому что...мы о нем не говорим.
Осознание резко бьет по голове.
— Он...был развращен, да?
Я вижу, как сильно напрягаются желваки у Сая, и мне не нужно слышать, чтобы понимать...
— Как они связаны с этой...?
Не могу подобрать слова...
— Они должны были пожениться, но он сдох раньше.
— Не сам. Его убили. Выстрел в сердце и, поверь, никто по нему скучать не стал.
— Кроме, очевидно...
— Пожалуйста, хватит.
Неприятно. Даже стыдно? Понимаю...
— Ты...знал, что она...в смысле...что такое...возможно?
— Пошутила сейчас?! — рычит, — Если бы я мог предположить, что эта тварь...Я бы...клянусь, я бы задушил ее собственными руками и, клянусь еще раз, меня бы не мучала совесть!
— Чем он занимается, Сай? В своих командировках?
Снова вытирает нос и уводит взгляд в сторону.
— Он ездит по объектам и решает...некоторые проблемы.
— Какие проблемы? — осторожно интересуюсь, дергает плечами.
— Разные. Добыча нефти — дело опасное. Бывает. Когда случаются аварии, нужен человек из верхов, который приедет и наведет порядок.
Пару раз хлопаю глазами.
— То есть он регулярно встречался...с пострадавшими?
— Чтобы окончательно все точки выставить...Он ездил по местам добычи, когда случались ЧП, смотрел людям в глаза, а они его поносили и винили за смерть своих близких?! Я ПРАВИЛЬНО ПОНИМАЮ?!
Сай кусают губу, но в глаза мне не смотрит.
— Вы...вы охренели?!
— Тормози?! Вы сбросили на него все дерьмо?!
— Он никогда не говорил, что ему в тягость! Наоборот!
— А ты бы сказал?! Он же так боялся разочаровать вас с отцом, а вы.
Прикладываю трясущиеся пальцы ко лбу.
Адам...он может быть стальным. Для всех. Но я знаю...его душа другая. Она бережная, ласковая, нежная. Ранимая. Он редко позволяет ее увидеть, но мне можно...Я ее видела. Он не врал — пускал меня туда всегда; там, где тепло и слабо. Туда, где нет брони и масок. Туда, где он — это он, и там, где место есть только для меня...
— Вы так часто повторяли, что он с детства был чувствительным, а потом взяли и кинули его в бассейн с акулами...
— Не утрируй, твою мать! Адам — взрослый мужчина!
— И что с того?! Это значит, что он не может чувствовать?! Что он не переживает?! Да хера с два!
— Я тоже этим занимался!
— Если ты можешь выдержать, не значит, что остальные на это способны! У каждого своя грань, чтоб тебя! И потом.
Сай опасно сверкает глазами, но ничего не говорит. Потому что нечего сказать...
Он понимает, что облажался. Знает...
И я отступаю. Скандалом делу не поможешь...
