Все ради тебя (СИ)

В его руках, в его объятиях чувствовать каждый его сантиметр. Чистое безумие, как кайф по венам, адреналин…любовь.

Я выгибаюсь сильнее, закидываю руку за голову, чтобы обнять его, и запускаю пальцы в волосы. Слегка сжимаю их на затылке. Наслаждаюсь каждым движением, каждым выдохом воздуха мне на кожу, каждым поцелуем и каждой секундой.

— Я тебя люблю… — шепчу, будто в бреду, — Да, я почти…да…да!

Меня разрывает на части. Плотину прорвало, атомные бомбы сброшены, мир уничтожен, и ничего не осталось больше.

Содрогаюсь так сильно, что ноги подкашиваются. Я почти падаю на холодные ступеньки, но рядом с ним упасть невозможно.

Адам всегда здесь. Он подхватывает меня, прижимает к себе, укутывает в свой кокон, двигается медленно, разнося и множа ощущения, дает возможность насладиться ими до конца. Только когда оргазм немного отступает, подхватывает меня на руки и несет наверх.

— Моя любимая девочка, моя родная… — слышу его шепот через толщу воды, миллионы децибел собственного пульса.

Он хриплый, низкий, надрывной — он и есть с надрывом.

Адам отчаянно по мне скучал, но, малыш, поверь, я от тебя недалеко ушла. Поэтому не могу оторваться.

Я целую его везде: губы, щеки, глаза. Обнимаю крепко, будто если отпущу, он развеется как мираж. Или кошмар. Нет, все-таки кошмар, потому что я боюсь этого. Внезапно понимаю, что так дико этого боюсь — однажды не увидеть, не почувствовать, забыть…

Сама не замечаю, как мои щеки становятся мокрыми.

— Я тебя никогда не оставлю, Рассвет, — шепчет нежно, а потом мы валимся на кровать.

Холодный шелк — снова перепад. Я вздрагиваю, как если бы меня ударило током, но сразу принимаюсь его раздевать. Плевать на боль! А это будет больно — подсознание отчаянно орет, но мне плевать! Я просто хочу его тело.

Видеть и чувствовать — мне всегда мало. А еще больше хочу его душу. Ее мне никогда не будет достаточно.

Любимая душа. Порочная, темная, но такая светлая...

Мужчина — противоречие; у душа у него соответствует.

Мне всего в нем мало.

Сама беру член за основание и направляю в себя, а в следующий момент наши стоны убивают холод этой спальни. Мой эхом разносится по дому, будто хочет проникнуть в каждый его миллиметр. Наверно, действительно хочет, ведь я хочу.

Ты дома. Тебе тепло. Хорошо.

Тебя здесь ждут и любят.

Теперь он двигается плавно, медленно. Пробует момент на вкус, наслаждается им и тянет.

— Я никогда не смогу тебя забыть. Ты — моя жизнь. Без тебя меня просто не существует. Любимая…самая лучшая…моя Лиза…мой Рассвет.

А я знаю, что это правда. Когда не думаешь, не помнишь, не копаешься, чувствуешь — каждое слово, каждое его движение, внимание — все правда.

Он дарит мне всю свою нежность до последней капли. Всю свою ласку. Заботу. Темную, порочную, но я ее такой выбрала и не имею ничего против.