Все ради тебя (СИ)

Такое ощущение, что я не выдержу ни секунды больше! И уж точно не смогу просто сидеть здесь спокойно…

Вздрагиваю и резко перевожу взгляд в сторону. У медсестры падает железный поднос, а потом открываются двери операционной.

Доктор идет в мою сторону, а у меня земля из-под ног уходит. Как в замедленной съемке я вижу, что он снимает маску. Дышит. Почему он так дышит?! Не понимаю…

А сердце тарабанит сильнее, пока резко не замирает вместе с ним напротив.

— Как она? — тихо спрашиваю, врач поджимает губы.

— Ваш сын родился здоровым мальчиком.

Это хорошо. Это очень хорошо! Я радуюсь, выдыхаю, но…стоп…

Резко смотрю на него и с силой сцепляю пальцы вместе.

Он слишком долго молчит…

А мне горло сдавило…

— Мне очень жаль, — наконец-то говорит тихо, — У нее открылось сильное кровотечение, которое мы не смогли остановить и…

Слова тают. Я ничего не слышу. Что? Что он сказал? Что это значит? Я не понимаю…

Что это значит?! Где Лиза?!

Последний вопрос звучит слишком громко, отбиваясь от стен рикошетом. Врач кладет руку мне на плечо и повторяет.

Нет. Нет! Этого не может быть! Нет! Я же ей столько еще не сказал! Я не успел! Я…я не сказал ей, что она — моя единственная!

«Ты — единственная…»

— … Адам, ты меня слышишь?

Часто-часто моргаю, поднимаю глаза и вижу бутылку с водой.

Ее мне протягивает Андрей, слегка улыбается и кивает.

— Успокойся. Все будет хорошо. У Лизиной мамы тоже было кесарево, это не так страшно, как тебе кажется.

Я снова моргаю, пока внутри меня все еще идет переработка собственной души, органов и костей. Блядь, подумается же такое…конченое воображение! Просто конченое!

Я трясущимися руками беру бутылку, делаю большой глоток, не чувствуя ничего, кроме адской пульсации под кожей.

Потом выливаю часть воды на лицо.

В себя вернись, безумец! Все нормально! Не было этого!

Но сердце мое не слушается…

А потом раздается оглушающий грохот. Я смотрю в сторону и вижу, как медсестра кряхтит, собирая на поднос лекарства.

Это в прямом смысле откат! Кровь вся резко рухнула куда-то в ад, а самого меня за пупок так дернуло, что я подавился вдохом.

Конечно, никакого стука не было. Дверь операционной открылась спокойно, но я настолько нервный, что слышу сейчас и вижу все ярче!

Врач.

Зеленая форма. Маска. Он идет ко мне, снимая по пути, и я проваливаюсь куда-то под землю. Как будто все повторяется снова…

Нет-нет-нет! Нет! Она не умерла! Нет!

Резко вскакиваю и в один прыжок преодолеваю расстояния, хватаю его за руку и дергаю на себя.

Бедный мужик в ужасе. Я понимаю, правда. Наверно, я выгляжу сейчас как безумец. Нет, совершенно точно…

Чувствую, что со спиной кто-то подходит. Отец. Он кладет руку мне на плечо и сжимает, тихо шепчет.

— Адам, спокойно.