Врач от бога

 – Если это подходит Агнии Кирилловне, разумеется!

Когда мы вышли из кабинета, Мдиури добродушно попрощался. Кобзев галантно поцеловал мне руку и сказал:

– Это хорошо, что Андрей подключил вас к расследованию: женское общество нам не помешает, разбавит, так сказать, кружок занудных мужчин. Честно говоря, удивлен!

– Чем именно? – спросила я.

Однако Кобзев почему-то сделал вид, что не слышал моего вопроса. Вместо ответа он поинтересовался:

– Когда мы сможем приступить к опросу? Завтра у меня три лекции в университете и одна – в меде, но я заканчиваю около трех.

– У меня выходной, – сказал внезапно нарисовавшийся справа от меня Лопухин. – Могу прямо с утра взять на себя кого-нибудь, если хотите.

– Тогда бери Пластун, – предложил бородач. – Она была молодая, а ты, за исключением Леньки, которому общение с живыми людьми вообще противопоказано, из нас самый юный, поэтому тебе сподручнее разговаривать с ее окружением.

Похоже, Кобзев в этой компании на короткой ноге со всеми – даже с Кадреску, который, как мне показалось, ведет себя как законченный аутист.

– Я освобождаюсь в пять, – сказала я.

– Тогда выбирайте – Гаспарян, Тюленина или Глушко?

– Лучше Тюленина, – попросила я, решив, что разговаривать с женщиной мне будет проще. – И еще мне бы хотелось поговорить с мамой Лиды – все-таки она была моей подругой, ее муж задержан…

– Вот и ладненько! – обрадовался Кобзев. – А вечерком предлагаю встретиться «У Потапыча» и обсудить результаты.

– «У Потапыча»? – переспросила я.

– Это такой ресторанчик, классное заведение, – пояснил Лопухин.

 – Я напишу вам адрес.

Когда мужчины вышли, я осталась одна посреди Викиной вотчины, заставленной техникой. Девушка подошла ко мне и тихо произнесла:

– Ну, как вам наш зоопарк? Особенно этот Кадреску – жуткий тип, да? Ему бы в фильмах ужасов сниматься!

Честно говоря, я не вполне согласилась с Викой. Леонида, я абсолютно в этом уверена, многие женщины сочли бы очень привлекательным, если бы не его, мягко говоря, «странности». От блуждающего взгляда, резкого, отрывистого голоса и манеры держаться и в самом деле становилось жутковато.

Прибавьте к этому еще и профессию – как известно, не самую популярную в мире! – и портрет графа Дракулы готов.

– Вот уж не знаю! – передернула плечами девушка, демонстрируя свое полное несогласие. – А на Андрея Эдуардовича вы не обижайтесь, – добавила она, дотрагиваясь до моей руки. – Он с женщинами… это… в общем, не очень ладит.

– Но с тобой же у него получается? – возразила я.

– Со мной?! – расхохоталась Вика.