У него было больное сердце, гипертония, и того количества яда, что содержалось в капсулах и постепенно накапливалось в его организме, оказалось достаточно для того, чтобы старичок отправился на тот свет. Вартан так и не решился дать ему яд в чистом виде, но Гаспарян все равно умер – обратите внимание, последним из пяти, и именно потому, что его сын не решился на прямое отцеубийство.
– А как же остальные? – поинтересовалась я. – Тюленин и Глушко?
– Ну, – сказала Вика, – с Тюлениным все легко.
– Значит, потом убийцам нужно было синхронизировать смерти? – подал голос Павел. – Умирает один, задерживают по подозрению в убийстве мужа (или жену), и вскорости отправляется к праотцам второй, а убийцу выпускают, так как он никак не связан со следующей жертвой – и так далее?
– Ага, – кивнула Вика.
– А покушение на нас кто организовал? – спросила я.
– Как я уже сказала, Светлин ни в чем не признается, – вздохнула Вика. – Но, судя по всему, это его рук дело. С машиной он просчитался – слишком заметную взял: «Хаммер», конечно, не единичная модель, тем более в таком городе, как Питер, но и не «Опель» или «Тойота»!
– Но ты же проверяла сотрудников «Фармакона» и «Фармации»? – возразила я.
– Да уж, глупость так глупость! – покачал головой Мдиури. – Надо было использовать арендованный автомобиль, как сделал Гаспарян: если бы он не заговорил сам, то связать его с убийством Пластун было бы не так-то просто!
– Думаю, Светлину требовался именно большой автомобиль, – сказала Вика.










