Немного серы, металлический налёт цинка, нотка жженой масляной лампы с пропитанным фитилём. Я старался не заострять внимание на том, что мог бы сейчас смотреть в заветные серые радужки с россыпью чёрных звёзд. Вместо этого дёрнул тяжёлую дверь лаборатории. Как и думал, здесь никого не оказалось. Опытный глаз легко отыскал кипу нужных бумаг. В столе Фарлиэля было несколько тайников, и в одном из них был дневник этого ненормального. Зачем-то решил прихватить и его. Пробежал по строчкам, в которых говорилось о методе создания пространственной червоточины. Да этот больной ублюдок ставил эксперименты на домовых духах! От скрупулезного описания пыток даже мне стало не по себе.
— Какой сюрприз, один из пленников сбежал… — в лабораторию вошла Ронда. От неё сразу пахнуло стойким духом алкоголя.
— Больше не пленник, дорогуша, — отозвался я безразлично, продолжая шерстить записи эльфа. От девчонки не стоило ожидать опасности.
— Завораживающие крылья, — она вдруг оказалась за моей спиной, обнимая сзади, купаясь во Тьме, чёрным шлейфом сочившейся из лопаток.
— Что тебе нужно? — её прикосновения были неприятными. И хоть демон давно не вкушал женщины, даже ему не хотелось брать Ронду. Особенно когда есть более приятная альтернатива в виде связанной с ним пары.
— Хочу узнать, каков Повелитель, как мужчина… — её язык бессвязно заплетался, — я собираю коллекцию… Император, его сын, знатные отпрыски, учащиеся в Академии. Очень люблю секс с сильными мужчинами…
Я с силой оторвал её ладони от своего живота.
— Прости, но я женат, — твёрдо сказал, удивляясь покорности демона. Он даже не пробовал пошевелиться. Сложилось впечатление, что в тёмной ипостаси тот подчиняется только одной женщине. И это не Ронда.
— Если ты ищешь записи о порталах, то среди найденных тобой есть только малая часть. Вторая часть храниться в спальне отца, — она снова попробовала приблизиться, но второй раз такой возможности я ей не дал.
— Благодарю, — я не мог проверить её слова никаким образом, кроме как найти покои эльфа.
И уже у входа в лабораторию, когда я стоял в проёме, до моих ушей донёсся слабый голос:
— Пожалуйста, не убивайте его…
Сам не знаю, отчего я позволил себе сомневаться.










