Воровка, или Противоположности притягиваются[СИ]

— Стоять! — услышала я грозный рык Барса. Он быстро бежал ко мне, не обращая внимания на медперсонал, пытающийся остановить его.

— Ты что творишь? — грозно рыкнул он, подхватив меня на руки.

— Ну, ты же первый начал упрямиться, — попыталась возразить я.

— Мало ли что я там начал, — проворчал Игнат, — думать головой нужно!

— Это ты тем парням на парковке скажи, — рассмеялась я. Обняв Игната за шею, прижалась к его лбу своим.

— Прости меня глупую, — прошептала я.

— Уже, — ответил он, нежно целуя меня в ответ.

Игнат осторожно занес меня в палату, опустил на кровать.

— Поймал беглянку? — насмешливо спросил папа.

— Да, еле догнал, так быстро убегала, — улыбнулся Игнат, поправляя одеяло. Щелкнув меня по носу, выпрямился.

— Марк Вениаминович, как у Алисы дела? — спросил Барс, поворачиваясь к врачу.

— Даже лучше, чем я ожидал, — улыбнулся Марк, — но пока нужно соблюдать постельный режим. И не бегать по палате, — уже строже сказал Марк, с упреком глядя на меня.

Подтянув одело, накрылась с головой. А я что? Меня туточки нету!

— Если Алиса будет соблюдать мои рекомендации, думаю, через пять дней отпущу домой, — продолжал говорить Марк, потом замолчал, и через секунду невозмутимо добавил, — И, Игнат, хватит уже ходить через окно, больной из пятой палаты утром попросил у меня таблеточки от галлюцинаций, ему, видишь ли, вторую ночь какие-то посторонние парни мерещатся.

Я осторожно высунула голову из-под одеяла. Марк пытался сдержать смех, папа, подойдя к Игнату, хлопнул его по плечу.

— Ну ладно, мне пора, позже зайду, — сказал Марк, выходя из палаты.

— Тебе еще повезло, что у мужика сердце не прихватило, — сказал папа, начиная смеяться, — Здесь же одни сердечники лежат.

— Паш, ну хватит уже над мальчиком издеваться, — проворчала мама.

Игнат молчал, но довольно подозрительно смотрел на папу, как будто ожидал выговор.

Папа начал смеяться еще громче.

— Пап! — возмутилась я, — Ну хватит уже!

— Все, все, — поднял отец руки вверх, — больше не буду.

Игнат, улыбнувшись, присел возле меня на корточки.

— Мне нужно на работу, — начал говорить он, — Я еще позже загляну.

Я только кивнула. Так не хотелось его отпускать, но что поделать, работа есть работа.

— Только не забудь, — тихо сказала я. Подняв руку, провела по его щеке. Щетина отросла еще больше. Удивительно, но мне так больше нравится, и совсем не колется.

— Не дождешься, — улыбнувшись, сказал Игнат, обхватив мою ладошку, прижал к своим губам.

— Паш, я пойду к медсестре, попрошу вазу для цветов, а ты сходи фрукты помой, — сказала мама, таща папу на буксире за собой в сторону двери.

Приподняв одну бровь, я с удивлением наблюдала за бегством родителей.

— Какие они у меня, а! — рассмеялась я. Но почувствовав резкую боль в боку, скривилась, с трудом сдержав стон.