Воровка, или Противоположности притягиваются[СИ]

— Сам виноват, — ответила я.

— Сам, поэтому и терплю, иначе, давно бы уже быть тебе Барсовецкой, — сказал Игнат, ведя меня за руку вниз по лестнице.

— Кстати, я только-только стала Седельниковой, не хочу менять фамилию… — сказала я, прикрывая один глаз, чувствуя, что сейчас мой парень закипит и взорвется.

Он остановился, посмотрев на меня, сжал губы в одну сплошную линию. Я попыталась скрыть улыбку, какой же он предсказуемый.

— Тема не обсуждается, ты — моя женщина, в тебе все мое, ты вся моя, от кончиков пальчиков на ногах, до кончиков твоих рыжих волос! И фамилия у тебя тоже будет моей! — гневно закончил он.

— Что я? — спросил он, выходя из подъезда. На парковке нас уже ждал Артем.

Игнат резко остановился, посмотрел на меня удивленно, как будто я спросила, сколько межпланетных космических кораблей приземлилось на детской площадке.

— Лисенок, — сказал он, привлекая меня к себе, — я твой еще с нашей первой встречи. Весь.

— Тема закрыта? — спросила я, тая в его руках. В ответ он лишь страстно поцеловал меня.

С трудом оторвавшись от моего мужчины, заглянула в его такие любимые мной глаза.

— Игнат…, - начала я, но меня перебил Медведь.

— Ребята, мы так опоздаем, — проворчал Артем.

— Ладно, после командировки договорим, — улыбнулась я.

Мы сели в машину, через двадцать минут я уже стояла возле подъезда родителей, махая вслед удаляющейся машине.

— Ну, что ж, папуля, когда вернешься, мы все тебе расскажем, — прошептала я, осторожно положив руку на живот.

— Значит так, Хмырь, девку притащишь сюда. Мне сказали, что на днях она подписывает последние бумаги. Задача такая: документы она не подписывает, нас должны расписать, все переходит ко мне, как к законному мужу, а потом можно и ее убрать. Понял? — спросил Виктор, поправляя галстук.

— Знаете, Виктор Викторович, вообще-то Пуманосвская теперь Седельникова, а с Седым связываться не очень хочется, — спокойно ответил Хмырь.

Виктор, вынув пачку американских зеленых бумажек, швырнул ее на стол.

— Теперь хочется, — надменно спросил он.

— Теперь, конечно же, намного лучше, — сказал Хмырь, смотря на деньги, но не беря их, — Но Вы в курсе, что Алиса — невеста Барса?

— И что? — сказал Виктор, плеснув немного виски в свой стакан.

— Либо его нужно по-тихому убирать, либо у нас будет хренова куча проблем, когда он узнает, что мы подошли ближе, чем на метр к его девке.

— Серьезный человек, говоришь? — выпивая залпом виски, спросил Виктор.

— Серьезней не придумаешь. И в ментуре он не работает, так что будет действовать жестко, влегкую, можно башки лишиться.

— И не таких ломали, — сказал Виктор, кивая Хмырю на дверь, — Свободен.

Весь день пролетел в заботах. По Игнату уже скучала, несмотря на то, что он звонил мне уже несколько раз. Вечером, уставшая, поехала к родителям.